себе богиню женщины, стоящей со скрещенными на груди руками и втянутым в себя телом.
"Эрика..." Я начал говорить.
— Нет, — рявкнула она с каплей своего яда. "Ник... просто заткнись."
Теперь в ее глазах стояли слезы. Казалось, она сдерживала их, но она не могла удерживать их так долго. Идеально нанесенная подводка теперь бежала по ее щекам маленькими струйками, и я мог видеть боль и отвержение в ее глазах.
— Я не знал, что это так много значит для тебя, — сказал я, делая шаг к ней.
— Потому что я просто тупая шлюха? — рявкнула она в ответ.
— Нет, — сказал я, положив руку ей на плечо. — Я не это имел в виду.
"Это не имеет значения", она неловко поерзала, но не отстранилась от моего прикосновения. «Парни все равно хотят меня только для одного. Это просто странное чувство, когда тебя бросают перед сексом».
«Я делаю это до того, как мы совершим ошибку», — сказал я, не касаясь темы того, как она обычно встречается с парнями и бросает их. В этой истории может быть что-то еще. Но сейчас это было не важно.
"Неужели это будет так плохо?" — сказала она, глядя мне в глаза. — Мы могли бы сохранить это в секрете.
«Можешь ли ты представить, что пытаешься скрыть что-то подобное от остальной семьи?» ответил я.
— Я бы не смогла, — тяжело вздохнула Эрика.
Я обнял ее, и ее руки обвились вокруг моей талии, когда она уткнулась лицом мне в грудь. Я достаточно хорошо проигнорировал на прикосновение ее тела к моему — настроение действительно было убито — и просто сосредоточился на том, чтобы утешить сестру.
— Могу я остаться с тобой сегодня вечером? — спросила она приглушенным голосом.
— Не уверен, что это хорошая идея, — ответил я, хотя это звучало неплохо.
— Дай мне переодеться, и будет легче, — сказала она, вытирая щеки.
Я оттолкнул Эрику, чтобы посмотреть ей в глаза. За макияжем, дорогой одеждой и стервозным отношением я увидел настоящую девушку. Я впервые увидел свою сестру. И я почувствовал, как мое сердцебиение участилось для нее.
«Дело не в одежде, которую ты носишь. Или не носишь. Ты бы прекрасно смотрелась в мешке из-под картошки», — засмеялся я.
«Знаешь, я могу полностью от рекламировать мешок с картошкой», — ответила Эрика с легкой улыбкой. «Речь идет о том, как ты его модифицируешь».
«Принято к сведению. Но дело не в том, что ты носишь или как ты это носишь. Дело в том, что здесь наверху», — я нежно постучал по ее виску. «Это делает тебя тем, кто ты есть, и неотразимым для меня».
— Ты уверен, что не хочешь, чтобы я отсосала тебе? — спросила Эрика с серьезным видом. «Потому что это самое приятное, что парень когда-либо говорил мне, и я думаю, что это заслуживает награды».
Я не мог не хихикнуть над ней — как я и надеялся — неподходящее время для юмора. Или, может быть, это было уместно. Нам обоим это показалось забавным, и это подняло настроение.
— Придется отказаться, - покачал я головой. "Но спасибо."
— Твоя потеря, — пожала плечами Эрика.
Я был рад видеть, что она вернулась к своему обычному состоянию. Ну... по крайней мере настолько нормальной, насколько это возможно. В моей семье были проблемы, но мне они нравились.
"Ну что?" — спросила Эрика через минуту. «Можно я останусь с тобой? Мне действительно не помешала бы компания».
Я обдумывал это полминуты, взвешивая риски и последствия того, что буду делить постель с Эрикой. Я был в какой-то степени уверен, что ночью смогу держать
Мой брат Санька ( 5 часть)