уже набрал свои размеры, и я был уверен, что там внутри находится сам Колин. Он сидит и ждет чего-то большего.
— Брат, но твой член... - сказал я. - Если б ты был здесь со мной... Я бы спросил тебя, можно ли поработать с ним...
В ответ его пенис напрягся сильнее. Я был в шоке.
— Ты хочешь... Хочешь, чтоб я сделал тебе минет? – спросил я.
Он дёрнулся... дважды!
Я подумал, что необходимо выполнять то, к чему обязывает служба.
Я осторожно убрал полотенце. Перед моим взором предстала огромная, влажная от смазки пушка. Ствол у этой пушки был твёрдым, прямым и невообразимо аппетитным. Из дула сочились соки и стекали на кубики брюшного пресса. Всё с гордостью демонстрировало процесс восстановления.
Член напрягся изо всех сил, а раскалённая докрасна головка едва не дымилась. Яйца вздулись и забулькали от неотстрелянных ядерных зарядов. Все его внушительные гениталии, казалось, кричали: «Бери меня. Насыться мною. Опустоши меня. Я для тебя».
Я взял его член, но подумал, что он слишком толстый, чтобы обхватить его одной рукой. Поэтому я обнял его двумя и начал нежный массаж, представляя в памяти анатомические рисунки нервной системы пениса и стараясь своим массажем попасть в самые чувствительные точки.
Колин не двигался, но его член говорил за него языком напряжения, подёргивания и покраснения. Это было необыкновенное чувство − иметь возможность служить такому прекрасному самцу. Я уже тогда почувствовал, что принадлежу ему. Что я отдаю ему своё тело и душу.
Я ускорил свои действия, и это зафиксировала аппаратура. Звуки становились всё более частыми, а это означало, что я, давая ему удовольствие, прорывался к самому его сердцу. Я ввёл ему успокаивающую гормональную смесь, которая подняла его кровяное давление и успокоила.
В конце концов, я не выдержал и взял его член в рот.
Это было потрясающе!
Он приветствовал меня новой порцией солоноватой слизи, которую он щедро выделял. Я наслаждался этим продуктом, запутывая его нити вокруг моего горячего языка, а затем проводя кончиком по всей длине от яичек к уздечке, щекоча и интенсивно вылизывая.
Член отвечал мне взаимностью, увеличиваясь в размерах, и последовательными сокращениями благодарил меня за каждый мой оральный жест.
Я пытался проглотить его глубоко и благоговейно. Я чувствовал это ядро удовольствия внутри и насиловал им своё узкое горло. Я впустил этого дракона как можно глубже. С таким самцом во рту я чувствовал себя не седьмом небе.
Звуковой сигнал приборов усилился, так что я мог предположить, что он приближается к финишу.
Я был в восхищении от этого члена. Он был удивительным и совершенным во всех отношениях. Я плюнул на него и сильно потёр его открытую головку своими скользкими ладонями, наблюдая, как он напрягается и краснеет от надвигающегося экстаза.
И вот он начал спускать. Аппаратура отключилась, и я взял его в рот. Он залил в меня ещё несколько залпов спермы, и я проглотил их охотно и с чувством выполненного долга. Я не мог бросить сосать этот щедрый орган, который всё ещё расплёскивал свои белые мазки по моему нёбу.
Потом произошло чудо − Колин очнулся и стал постанывать от удовольствия.
Он положил мне на голову свою большущую ладонь и прижал её к своему паху, ещё глубже вталкивая свою палицу в меня. Он стрелял мне прямо в пищевод, и я сосредоточенно принимал всё, чем он решил меня одарить.
— Спасибо, - выдохнул он. - Спасибо, что спас меня!
Я пробивался сквозь его тело, пока не достиг души. И я её украл. Я пил этого парня до его последнего всплеска. А их у него было ровно 15, потому что я посчитал каждый.
Мои увлечения