когда я совершенно обезумела от возбуждения, то сама отдалась обоим! Мне так хотелось, что сил терпеть не было!
Секс у нас был страстным, ярким. Жена подвывала и скакала на мне с такой яростностью, что очень скоро достигла сладостной концовки и очень рада была тому, что я ещё не отстрелялся и годен для повтора. Она была столь любвеобильной, что я и сам разошёлся, и трижды порадовал жену, а она впала под конец в такое состояние, что волны наслаждения накатывали на неё одна за другой, наслаиваясь, и она в полузабытьи провела пару минут!
После же она была просто счастлива тем, что обнаружился столь приятный побочный эффект, даже прослезилась.
Позавтракав, наконец, решили прогуляться по парку. Но, едва мы вышли с ней из дома на воскресную прогулку, как она заохала и даже слегка согнулась в поясе.
— Ой, Сашка, не могу! Такое ощущение, будто за соски при каждом шаге подёргивают, и у меня от этого весь низ раскрылся, отреагировав! Подожди, дай отдышусь.
После этого походка жены изменилась – она начала ходить медленней, и, как балерина, ступая ножкой с мыска на пятку, что просто завораживало прохожих мужчин, словно чувствовавших возбуждённость девушки.
Прошло дня три, и походка постепенно сделалась прежней. Она со смехом жаловалась мне, что ей кажется, будто ученики, глядя на неё, видят её торчащие рожки, и от этого она часто сбивается, давая урок. Естественно, что едва дойдя до дома, жена набрасывалась на меня, стянув насквозь мокрые трусишки вместе с колготами. Вырвавшийся из глубин любимой прежде не свойственный ей, тихой, уравновешенной, скромной, такой силы темпераментменя даже пугал опасениями того, что не смогу справиться с ним и утолить всё возрастающие аппетиты жены. Но, это мои страхи, а вот сны... Пришлось ставить будильник на час раньше, поскольку сон у Тани, в разных вариациях, всё повторялся и повторялся, и утро у меня теперь начиналось стабильно с утоления желания супруги. Благо утреннее состояние помогало мне. Иногда я спрашивал её про личности мужчин из её сна, тех, кому она отдавалась, измученная желанием. Таня густо краснела, но не могла ответить из-за стыда. Однако, любопытство разбирало меня, и однажды, в момент, когда жена была уже сильно разгорячённой, но концовка всё ускользала от неё, я зашептал Тане на ушко:
— Там, во сне, скажи, кому ты отдаёшься? Это добавит восторга, ну! Это же просто сон! Кто там с тобой?
И Таня начала всё сильней возбуждаться, делаясь ещё более горячей и мокрой, а после, сбивчиво, из-за тяжёлого дыхания, начала горячим шёпотом выдыхать:
— Твой отец, мой отец, твой двоюродный брат и мой родной брат, твои друзья, всего человек десять.
Едва она договорила, как её накрыл мощнейший оргазм.
Когда мы пришли в себя от занятия любовью, жена всё краснела, стыдясь своего признания, и мне пришлось долго ласкать её, целовать, уговаривая, что это только сон. Постепенно мне удалось её успокоить, а ночью она рассказала мне последний сон, в котором вначале танцевала с каждым из перечисленных мужчин вальс, и они тайком ласкали её соски, пока у неё не начинала кругом идти голова от желания, и тогда партнёр по танцу отводил её в другую комнату, и там она безвольно отдавалась. После возвращалась танцевать со следующим, и вскоре следующий уводил её. Так она отдалась поочерёдно им всем. А после уже они просто встали в очередь, и, разложив на постели, уже по кругу наяривали снова и снова, до её полного изнеможения и ощущения счастья.
Такой сон жены навевал на меня некоторую угрозу и жуть от того, что она просто запала, по сути
моя прекрасная теща