не так... Это я, увидев вечером на пороге, использовала тебя для разрядки. Спасибо за доставленное удовольствие. На этом всё. Пей чай...
— Хочу спросить, — тусклым голосом начал Павел, — почему вы не замужем? Такая эффектная женщина...
— А это, Паша, тебя совершенно не касается!
Послышался звук открываемого замка, перешёптывание в прихожей, и в кухню вошёл Вениамин — под ручку с фигуристой блондинкой.
— О... Пашка... привет... Тёть Бела, знакомься, это моя Варя!..
Тишина, нарушаемая позвякиванием чайной ложечки, была, что называется, оглушающей. Но недолгой.
— Как Варя? — Изабелла Марковна встала. — А где Галя?
— Венька?.. — выпучил глаза Пашка.
— Да, Пуэбло, я. Где Галя, не знаю, — с редкой лапидарностью ответил на оба вопроса Вениамин. — Да это теперь неважно. Была Галя, стала Варя!
— Ой, Варенька! Что же вы стоите? Веничка, предложи девушке сесть, будь джентльменом! — захлопотала тётушка. — Сейчас чашки подам. И чай свежий заварю...
Разговор под свежий чай какое-то время шёл без энтузиазма. Каждый думал о своём, поэтому говорили ни о чём. Изабелла Марковна удивлялась, как быстро племянник поменял Галю на Варю. Пашку терзал вопрос, что будет, если вскроется его комбинация с этажами. Веня морщил ум, пытаясь сообразить, как здесь оказался приятель, наглухо отрубившийся в бане раньше него. Варвара просто помалкивала в тряпочку в новом для себя обществе.
— Венька, чертяка, колись, где такую красавицу нашёл? — пошёл в атаку Павел, чтобы не дать возможности другу задать неудобные вопросы. — Там ещё есть такие?
— Где, где... Десятью этажами выше.
— А как ты там оказался? — сделал круглые глаза приятель.
— Я бы тоже хотел знать...
— Ну ты же должен помнить!
— Должен... Но не помню... — развел руками Веня.
— Расскажи, что помнишь, — посоветовала тётушка.
И племянник, путаясь в деталях, рассказал.
Рассказ Вениамина был неполным, однобоким и необъективным. Поэтому автор решил взял на себя роль беспристрастного рассказчика.
Дело обстояло так.
— Варвара Брониславовна, дорогая! — встал Иннокентий с бокалом в руке. — Я не умею говорить красиво, но в жизни одинокого мужчины бывают моменты, когда он... Он... это... сорвал фиалку на поле... Короче, я прошу вас стать моей же... Блять, а это ещё кто?!!
На диване в углу, возле кучи брошенной на пол одежды, сладко спал голый мужик!
Со стоячим хуем!
— Варька, сука! Ты что творишь? С одного хуя на другой скачешь? — заорал, наливаясь праведным гневом, Иннокентий. — Теперь я понимаю, отчего ты так текла в прихожей!..
Охреневшая Варвара переводила непонимающий взгляд с одного голого мужика на другого.
— Я... с... с какого... хуя?.. Я его не знаю... в первый раз вижу...
— Вот вся ты в этом! Первый раз видишь мужика и тут же раздвигаешь ноги! — Иннокентий испепелил взглядом любимую и вдруг позеленел. — Блять... я тебя вылизывал...
Он бросился в ванную. Раздались характерные звуки, их сменил шум воды. Затем всё стихло. Пару минут спустя грохнула входная дверь.
Громкий звук вывел Варвару из ступора. Она вытерла слёзы, бросилась к лежащему и подёргала его за стоящий хуй.
— Эй, ты кто? — спёртым голосом спросила она. — Вставай! Ты живой?
На лице незнакомца расплылась блаженная улыбка. Он промычал:
— Ы-ы-ы... нагнись...
Вкупе с тёплым членом реакция человека свидетельствовала о его принадлежности к миру живых, а в сочетании с перегарным амбре — к категории в жопу пьяных. Хозяйка, обрадованная тем, что скорую и полицию вызывать не придётся, стала его тормошить. Ну, как тормошат человека за торчащий колом хер — туда-сюда, влево-вправо. От этого незваный гость не проснулся, но зато основательно окреп стояк.
Коллизия с вторжением постороннего сильно встрепала нервы Варваре Брониславовне:
Властная госпожа Елизавета