сжал плоть и когда убрал руки, все увидели купюры немаленького достоинства на мясистых округлостях. Как говорит один наш юморист, «публика неистовствовала».
После танца музыканты сменили инструменты. Струнник вместо саза взял гитару, а тот, что дудел в зурну, взял кларнет. Даже человек с барабаном достал из сумки маракас и румбу. Я наблюдал за их приготовлениями, потому что очень боялся, что вечер продолжится фасылом – восточными заунывными балладами. Надо сказать, что все музыканты были достаточно молодыми людьми, но мешковатые одежды и заросшие щетиной лица не позволяли точно определить их возраст.
Первые аккорды гитары и вступивший барабан один в один воспроизвели вступление “Hotel California”. Неожиданно и очень уместно вступил кларнет или гобой (я их путаю). Мелодия толкнула публику на танец. Я обнял Сибель и увлек на середину салона. Краем глаза заметил, что Юлька за руку вытащила Бору. Не осталась без партнера и мадам Мераль. Ее галантно пригласил капитан их яхты. Ялчин с Ахметом в сопровождении нашего капитана спустились что-то смотреть в машинное отделение. Уфук и Лале стояли у бара и смотрели на танцующих.
— Как неожиданно красиво звучит эта мелодия в таком исполнении, - я был искренне удивлен.
— Да, и я не ожидала, что они будут играть западную музыку, и... что ты так хорошо танцуешь.
— Издержки юности. Когда-то занимался бальными танцами. Не долго и не очень успешно.
— Мне нравится, когда кавалер ведет, а не топчется на месте.
Мелодия еще не закончилась, а на площадке стало на одну пару меньше. Куда-то пропали Бора с Юлькой. Может ушли вслед за Ялчином и компанией. В перерыве между мелодиями мы не стали расходиться, обмениваясь впечатлениями от исполнения с парой Мераль и капитана. В салоне при этом появилась танцовщица, одетая в коктейльное платье. Странно, но мужская память все равно видела ее полуобнаженной.
Музыканты продолжили. Новая мелодия тоже была медленной и романтичной. Капитан пригласил Сибель.
Танцевать с Мераль было сложно, она не отличалась гибкостью и подвижностью и все время пыталась прижаться. Но законы вежливости заставляли терпеть. А еще она тяжело дышала прямо в ухо, что-то говорила и приходилось отвечать. Такие, как Мераль, очень тяжелы в постели. По собственному опыту знаю. Полное отсутствие чувства ритма, помноженное на неуёмную страсть большого тела, творили чудеса антисекса. Хорошо, что мелодия закончилась и я вернулся к Сибель.
— Как тебе мадам Мераль?
— О, не хочу быть невежливым...
— Я тебя понимаю. Но ты даже представить себе не можешь, как она любвеобильна.
— Даже не буду пытаться это представить.
— Бедный мой. Ты вспотел даже. А знаешь, их капитан ее давний любовник, но сейчас она в экстазе от тебя.
— Спаси меня!
— Пойдем, покажу тебе их яхту. Кстати, хочу купить одну или даже две таких. Они поменьше и хорошо сдаются на сутки или выходные. В основном...- Сибель сделала многозначительную паузу, -. ..для любовников.
Мы перешли с борта на борт и Сибель профессионально стала рассказывать об особенностях этого класса. Мы обошли яхту по борту через нос и вошли в кают-компанию. Там было темно, только слабые фонари освещали лестницу к каютам. Сибель остановилась, как будто прислушиваясь к чему-то. А потом сжала ладонями мою голову и притянула для поцелуя.
— Я ужасно соскучилась. Хочу, чтобы скорее закончилась эта пытка гостями... Ты сегодня сделал меня счастливой... - из уст женщины сыпались ее «хочу, хочу, хочу», при этом ладони не отпускали мою голову, закрывая уши, и она медленно отступала к выходу.
— Да, я тоже хочу скорее обнять тебя. Ты прекрасна...- отвечал ей взаимностью, - Может спустимся в каюту?
Гарнизон