его охватило беспокойство за товарища. Выглядел тот сейчас очень паршиво. Того и гляди устроит истерику или лишится чувств. Но Вика, не обращая на него внимания, увлеченно продолжала:
– Кларисса не любит играть в игры, вроде растяни его постепенно. Нет, она выпускает свой агрегат до максимального размера, наслаждаясь страхом жертвы или её восторгом, а уже потом ей овладевает. И это действие происходит в четыре этапа или даже в пять. Вначале Кларисса зальет Сашке смазкой всё лицо. Её очень много выплескивается и за три четыре выстрела вся моська его покроется вязким сиропом, который очень клёво потом будет стекать вниз, капая на пол.
Александр вдруг вздрогнул всем телом и дернулся в захвате статуи, продолжавшей удерживать его за запястья.
– Во-о-от! Началось! – радостно протянула Виктория. – Затем Кларисса подносит головку хайры к самым губам вкусняшечки и тот начинает ее сладко лизать. Она балдеет, глядя на него сверху, томно облизывает себе губки, потом не выдерживает и вздрагивает, выстреливая новую порцию, а братик ловит ее ртом и глотает. Так продолжается несколько раз, и глаза Клариссы разгораются от возбуждения с каждым выплеском. А затем она грубо внедряется Сашику в рот, настолько глубоко, насколько получается. У нее такая толстая хайра, что только половина головки заходит. После чего начинается стадия заполнения рта.
– Перестань… – простонал Коля сдавленным голосом, но девушка его словно не слышала.
– Канал на её хайре резко вздувается, увеличиваясь до полутора сантиметров в диаметре, и опадает, – увлечённо описывала Вика. – Я просто тащусь, когда удается подглядеть за этим зрелищем. Братик глотает смазку, но рот его наполняется все больше и больше.
Александр вдруг замычал, задрожал всем телом и начал шумно глотать.
– Слышишь? – хихикнула Вика. – Это третья стадия. Сейчас наполняется рот, гортань пропитывается соком и становится эластичной. А потом Кларисса крепко схватит Сашу руками за голову и резким движением бедер пропихнёт ему хайру до самого горла. У того даже связки слегка растягиваются, когда это происходит. А она упирается ему в горло головкой, проникает в него и снова начинает стрелять, смазывая уже пищевод.
– Да хватит уже издеваться надо мной! – прорычал Коля. – Нахрен все это описывать?!
– Не хочешь, не слушай, – усмехнулась девушка. – Предупреждали же, что зрелище не для слабонервных. Славке так наоборот нравится. Хи-хи! Как он классно прибалдел от моего рассказа, – рассмеялась Вика.
Она обошла схваченного статуей брата, присела возле Вячеслава на коленки и схватила его за отвороты спортивного костюма. Потом девушка притянула парня к себе и стала жадно целовать. Сквозь шум в ушах он услышал, как Александр сдавленно пискнул, посмотрел на него и увидел, как пленник дрожит, извиваясь и пытаясь вырваться из захвата.
– Умцк! – причмокнула Вика, прерывая поцелуй и повернулась к брату. – Вот! – сладко прошептала она. – Начинается! Смотри! Сейчас будет очень круто! На пятой стадии Кларисса пропихивает свою гигантскую дубину бедняжке в пищевод, натягивая его глотку на себя как чулок на ногу. Это вообще потрясно выглядит.
Слава неотрывно смотрел на Александра и увидел, как стало растягиваться и утолщаться его горло. Шея снизу раздувалась, как будто в нее плавно внедряли что-то очень толстое и пульсирующее. Кажется, где-то в другой вселенной раздался глухой стук падения, но молодому человеку уже стали до лампочки посторонние звуки. Он завороженно следил за горлом товарища, ткани которого настолько растянулись и утончились, что сквозь них проступили контуры здоровенной хайры. Канал её мерно прокачивал через себя одну порцию смазки за другой, надуваясь и спадая. При таких размерах полового аппарата жидкости требовалось очень
Типичный счастливый день у ног Госпожи