свободная ниша, и роль, которую она предполагала, как раз была во вкусе девушки. Разобравшись со стратегией поведения, она принялась мужчину будить. Её пальчики ласково прошлись по стволу возбуждённого полового члена, слегка царапая его ноготками, а мягкие губы стали покрывать нежными поцелуями лицо юноши.
Когда Слава проснулся и открыл глаза, то увидел над собой прекрасный лик голубовласой красавицы. Её огромные синие глаза смотрели на него с обожанием и буквально заливали сердце патокой удовольствия, пробуждая в нём чувство ответной симпатии.
«Господи! Ну до чего же она миленькая, – восхитился Живцов. – Как жаль, что завтра я, скорей всего, её не увижу».
Он почувствовал, как в теле его пробуждается похоть, она была уже не столь сильной, как в первые два пробуждения, но всё равно вызывала опасные желания девушкой овладеть, тем более, что та находилась столь близко. Слава с трудом сдержал в себе порыв наброситься на очаровательную милашку и повалить её на спину с далеко идущими последствиями. Вся суть его протестовала против такого непозволительного обращения со столь хрупким и милым существом. Поэтому юноша вскочил на колени и отполз, разрывая дистанцию, чтобы не поддаться искушению, с которым боролся. Мока встала на четвереньки и сделала к парню шаг, но тот отполз ещё дальше и выставил вперёд ладонь в останавливающем жесте.
– Не приближайся! – попросил Вячеслав напряжённым голосом. – Я сейчас не в себе!
Цукумогами уселась на коленки и стала наблюдать за ним, слегка наклонив голову набок. Её заинтересовали необычные завихрения в ауре мужчины, напоминающие перетекания потоков воды.
Отметив, что Мока его послушалась, Живцов погрузился в себя, используя ангельские способности. Он начал течь, пытаясь обуздать в себе огненные желания, и, действительно, пробудившаяся в нём стихия воды успешно гасила пожар похоти. Примерно через минуту внутренней борьбы Слава с облегчением перевёл дух и снова посмотрел на девушку.
– Ты сильный, – с восхищением похвалила она. – Справился с действием тёмной энергии, подчинил её. Если б поддался, всё было бы проще. Но так мне даже больше нравится. И так гораздо лучше.
– Что за тёмная энергия? – спросил молодой человек.
– Моя мана и сила, но это неважно.
Синее покрывало вдруг легко вспорхнуло с постели, сложилось раз пять до небольшого прямоугольника средней толщины и легло на вытянутые вперёд руки девушки.
– Прими меня, – попросила она, протягивая покрывало Вячеславу, – я хочу быть твоей.
Молодой человек изумлённо похлопал глазами. Ему казалось, что он ослышался.
– Что? – растерянно спросил он.
– Хочу тебе принадлежать, – повторила Мока и сделала шаг к Живцову.
– Но… но я не могу, – растерянно сказал парень, – у меня… уже есть подруга. Я… я не могу.
– Не можешь, – в свою очередь удивилась цукумогами. – Почему?
Если б юноша сказал «Не хочу», это было бы трагично, но понятно. Но он сказал «Не могу». Значит, ему что-то не позволяет? Нужно просто устранить эту преграду, и всё будет хорошо. Мока не падала духом, она ждала ответа на свой вопрос.
– Я ведь сказал: у меня есть девушка.
– Ну и что? – цукумогами по-прежнему не понимала. – Она не любит покрывала? Потрогай, я очень мягкая и тёплая. Я буду ночами укрывать тебя и согревать. И тебя укрывать, и твою девушку, даже двух твоих девушек укрывать. Я большая, меня хватит на троих. Вам будет уютно. Обещаю, ты не пожалеешь!
– Ну да, – с энтузиазмом подтвердила Мока. – Ведь я покрывало и есть. Здесь очень грустно и скучно, меня держат в шкафу, не пользуются мной. Пищи мало, и я
Четвертый - не лишний. Часть 5