пусть хайра пока членом притворяется. Один фиг чем тебя трахать – и так и сяк приятно. Правда, я чуть язык не сломала, пытаясь раньше времени не проболтаться. Да и не разделяла я Машкины страхи. Мне с са́мого нача́ла казалось, что думать о моей девочке в женском роде твоей гетеросексуальной душе будет гораздо приятней, – добавила она и изогнула свой орган знаком вопроса. – Я не права́?
– М…можно… е…ё… потрогать? – попросил юноша, заикаясь от волнения.
– Нет, – ответила фута и спрятала свою змейку (иначе и не назовёшь) между ног, загнув её себе за спину. – Будешь трогать меня – возбудишь, и разговор отложится, а я бы этого не хотела.
– Хо…хорошо, – выдохнул Слава, с трудом успокаиваясь. Высокая подвижность интимного органа подруги очень его зацепила. Так что сердце теперь очень часто билось в груди.
Мариока захихикала:
– Ну надо же, как тебя прёт! Так и хочется подразнить. И ведь в очередной раз я права́ оказалась. Ну когда уже Машка начнёт доверять моей интуиции?
– А почему ты сейчас решилась мне про хайру рассказать? – спросил молодой человек. Ему действительно стало гораздо легче на душе, словно какое-то внутреннее противоречие пропало.
– Интуиция, – ответила Мариока. – Вот прям толкнуло что-то изнутри, подсказывая, что именно сейчас самый подходящий момент. И пото́м, ты всё равно бы скоро правду узнал, потому что… – она замялась на секунду и продолжила уже другим тоном. – Но мы с тобой отвлеклись от темы. Мне нужно прояснить один очень важный для меня вопрос. А точнее, твоё к нему отношение.
– Спрашивай, – предложил молодой человек, чувствуя наконец, что успокоился полностью.
В следующий момент ему показалось, что кусочек событий выпал из его жизни, совсем как тогда, когда он неожиданно оказался в лифте прямо из комнаты. В этот раз он, правда, никуда не переместился, оставшись на месте, но сдвинулась футанари, оказавшись на шаг правее, и лицо её приняло рассерженное выражение. Сердце у парня опять бешено колотилось, но он не мог понять почему, и что такое здесь только что произошло.
– Ну, Машка, ну дура, опять чуть всё не испортила! – ворчала Мариока себе под нос.
– Чт… что такое? – заикаясь спросил Слава.
– Ничего! – широко улыбаясь, ответила фута. – Я вовремя обнаружила одну проблему, и сейчас мы с тобой будем её решать.
Она вдруг прикрыла глаза и напряглась, словно сдерживая внутреннее сопротивление.
– Отвали, дура, – сердито сказала она, – ничего я ему не сделаю! Сама чуть не напортачила, теперь я буду это исправлять. Да успокойся ты! Только разговор, никакой магии.
Слава понял, что девушки из-за него ссорятся, и попробовал им помочь.
– Всё в порядке, Маш, – сказал он. – Мариока хорошая и умная, ей можно доверять.
– Спасибо, – откликнулась футанари, открывая глаза. – А ты действительно мне так доверяешь? – снова улыбнулась она.
– Ну конечно! Ты такая классная! – Парень обнял сильное тело девушки, чувствуя, как в груди его разливается душевное тепло. – И ты, и Маша – вы мне обе очень дороги. И… и я… не хочу, чтобы вы сливались. Каждая из вас ценна по отдельности. И пото́м, две подруги ведь лучше, чем одна, верно?
Мариока рассмеялась:
– Слыхала, Маш, он тоже не хочет! Блин! Ну, вы вдвоём меня уговорили. Как я могу отказаться от предложения чпокать такого сладкого мальчика, не ограничивая себя ни в чём? А ты, значит, бабник у нас, да? Побольше девочек тебе подавай?
– Не бабник я, – возразил Слава. – Вы ведь две в одной и всё
Отрывок из романа "Мои оттенки утра"