Девушка вначале громко взвизгнула от боли, а потом сладострастно застонала, закатывая глаза. Футка тем временем продолжила врезаться в неё как сваезабойный молот, извлекая хайру примерно наполовину и вгоняя её назад до звонкого шлепка бёдер по ягодицам. Стоны Вики постепенно набирали громкость, превратились в грудной рык, и, завопив во всё горло:
– А-А-А-А-А!!! Бл…ть!!! Как о…уительно!!! – она забилась в сумасшедшем оргазме.
Лана оторвалась, наконец, от Славкиного члена и с сожалением причмокнула губами.
– Такой классный продукт пропал, – расстроено сказала она. – Эта ведьмочка умудрилась хапнуть термоядерную бомбу. Вот ведь засранка! И на кой фиг она ангела так перегрела? Полыхнул ведь как ксеноновая лампа сверхвысокого давления и разрядился под ноль. Теперь уж до утра точно не восстановится. Блин. Жалость какая!
– А тебе будто не хватило сегодня, – улыбнулась Настя. – Ты ведь недавно повысилась в классе, рано тебе ещё прану принимать. В другой раз его слопаешь, не переживай.
– В другой раз будет не раньше чем через неделю, – вздохнула рыжая футанари.
Настя с беспокойством поглядывала на свою сестру, которую продолжала шпилить её жена.
– Во дают, – озабоченно сказала она. – А Машка не того… не перегибает палку?
– Семейные разборки, – ухмыльнулась Лана, с удовольствием наблюдая, как Вика приближается к очередному оргазму и, взвившись всем телом, снова начинает кончать, раскрывая рот в беззвучном крике. – Да нормально всё, не переживай. Между ними связь, Полозова её чувствует. Сейчас кончит сама и успокоится. Глядишь, и метка крепче станет. В браке с ангелочком такой силы Вике надо побыстрее обзавестись матёрой печатью, чтобы обрабатывала его энергию на раз-два.
Слава расслаблено шевельнулся, потянулся рукой к лицу и наткнулся на попку рыжей футанари, а потом затрепыхался под ней и замычал.
– Ну, вот и герой наш проснулся, – улыбнулась та и, поднявшись на коленки, извлекла хайру из его рта, из которого тут же потекли потоки спермы.
– Эй! Что за дела?! – возмущённо выдохнул Живцов и поднялся в сидячее положение после того, как давление в животе снизилось. – Почему я просыпаюсь с хайрой в желудке?! Что это за извращение такое?!
– Да я совсем недавно кончила, – оправдалась рыжая футка. – Вот только-только релакс наступил. Приятно же находиться в тёплой пещерке.
Осознав, что всё ещё насажен попой на Настину хайру, молодой человек попытался с неё встать. Но не тут-то было! Футка позволила ему выйти примерно наполовину, после чего притянула к себе, стиснула в объятиях и вновь вошла парню в попку до самого основания.
– Куда ты спешишь, сладенький? – промурлыкала она. – Я ещё не натрахалась.
– Настя! Имей совесть!
– Я сегодня именинница, так что мне положено быть бессовестной, – рассмеялась девушка, но пленника всё-таки отпустила.
Живцов поднялся на ноги и чертыхнулся, ощутив, как из попы его хлестанул обильный поток спермы и глухо шлёпнулся на постель. Он обернулся посмотреть, какого цвета жидкость из него вылилась, и успел заметить, как молочно-белая клякса стремительно впитывается в простынь, испуская зеленоватое свечение. В этот момент он осознал, наконец, что слышит какие-то странные хлюпающие звуки и шлепки, грудное урчание и томные стоны, поискал глазами их источник и завис, зачарованно глядя, как одна его жена сношает другую. А затем на парня накатили и ощущения обеих девушек, от которых он едва сам не погрузился в нирвану, но в последний момент каким-то интуитивным усилием отключился от эмпатического восприятия.
Толчки Маши приобрели рваный судорожный характер, и она заметно ускорилась, а потом, утробно зарычав, прижала Вику к постели и, стиснув в своих объятиях,
Месть бывшему