«Это всё ты виноват, глупый хозяин! Рассорил меня с любимой подругой детства. Не прощу!»
«Ну извини, Вик. Не стала бы ты так грозно приближаться ко мне – никакой ссоры бы не было».
«А на потолке до этого, по-твоему, я сидела?!»
«Блин».
Юноша умиротворяюще обнял сзади Моку и прижал её к себе.
– Всё в порядке, солнышко моё, – сказал он мягко. – Не беспокойся, всё будет хорошо. Мы с Викой сами решим наши разногласия. Не вмешивайся.
– Но… она тебя побьёт! – возразила цукумогами расстроенным голосом. – Я не могу…
– Ш-ш-ш, расслабься, успокойся, не побьёт, – продолжил успокаивать девушку Слава. А ведьмочка остро глянула на него и хмыкнула, мол, ты в этом так уверен? – И даже если побьёт, – улыбнулся своей оппонентке юноша, – ты сможешь меня полечить, Мока. Будешь нежненько зализывать мои ранки и синячки, и они бы-ы-ыстро пройдут.
Цукумогами встрепенулась и повернула к парню лицо. В её глазах светилось приятное удивление. Видимо, эта мысль не приходила ей в голову, но, будучи услышанной, очень понравилась девушке.
– Очень нежненько, – повторила Мока с предвкушением, и Слава мысленно чертыхнулся, сообразив, что своими же устами открыл для фамильяра приятные стороны рукоприкладства. Он взглянул на Вику и с удовольствием начислил себе очко за дипломатию. Блондинка, закусив губу, с трудом сдерживала смех.
– Мне нужно обязательно помириться с моей женой, – продолжил увещевать духа юноша. – Я перед ней провинился вчера, поэтому мы должны позволить ей сделать то, что она хочет. Понимаешь?
– Аха, – вздохнула Мока и, сложив свои крылья, отошла в сторону, глядя на Славу с грустной жалостью.
Вика весело посмотрела на неё, затем на Славу, пото́м улыбка её стала хищной и девушка шагнула к парню, плотоядно сверкая глазами.
«Ох чёрт!» – мысленно посетовал тот, когда девушка стремительно протянула к нему руку. Однако ладонь её была нацелена не в лицо, а куда-то пониже, на уровне шеи.
Цепкие пальцы ухватили юношу за затылок и рывком притянули его к жене, лицо которой вдруг оказалось очень близко. Мягкие красивые губы слегка приоткрылись и захватили рот парня глубоким поцелуем. Слава и пикнуть не успел, как оказался в крепких объятиях красотки, с жадностью стискивающей его и страстно целующей в губы.
– Балбес, – фыркнула Вика, отрываясь от него, и лицо её сердито насупилось. – С чего ты вообще взял, что я собираюсь тебя бить?
– Я… ну… – замялся парень. – А вчера в бассейне у тебя разве не возникло такое желание?
Девушка усмехнулась.
– Это когда ты торчал в дверях и, как самовлюблённый индюк, тащился от того, что из-за тебя дерутся две девчонки? Ну да, ты меня здорово тогда раздражал своей довольной моськой. Почувствовал мою злость?
– Эм… не совсем… Маша предупредила, что мне от греха подальше лучше уйти.
– Хе-хе, это она правильно сделала, – улыбнулась Вика. – Спасибо ей. И ты, значит, подумал из-за этого, что я хочу тебя ударить?
Слава слегка замялся, прикидывая, как бы лучше ответить, но пото́м решил просто сказать правду:
– Ну… я не сам. Маша сказала, что ты можешь мне "случайно" в глаз засветить.
– Блин! Вот засранка! – возмутилась девушка. – И вовсе я не думала ни о чём подобном. Ну мелькнуло разок в голове, что с фингалом под глазом ты выглядел бы не столь раздражающе самодовольным.
– Наверное, она неправильно тебя поняла, – предположил Слава. – И решила перестраховаться.
Вика поджала губы и ничего не ответила.
– Значит, останься я дольше, ничем бы не рисковал?
Любящая дочь (часть 2)