– Ничего страшного не случилось, – улыбнулась ему футка. – Но впредь, пожалуйста, будь внимательней к тому, что говоришь.
– Конечно-конечно, обязательно, – заверил её Слава, обдумывая при этом то, что́ только что произошло.
«Марта снова наложила на меня печать молчания. Вчера мне удалось с её помощью установить с футкой ментальную связь. А сегодня, интересно, получится?»
«Нет, – ответил на его вопрос внутренний ангел. – Связь вчера возникла не из-за печати молчания, а из-за мощной эмиссии энэк. Второй раз Марта так не лопухнётся. По крайней мере, случайно. Только если сама захочет установить с тобой связь».
«Так, может, попробовать? Что мне нужно сделать? Поцеловаться?»
Ангел не ответил, и Слава вновь сосредоточил свой взгляд на футке, которая смотрела почему-то немного напряжённо.
– Я просто не те слова подобрал, – с виноватой улыбкой сказал парень. – Мне кажется, что в основе твоей проблемы лежит: "нереализованное желание".
– Ну… что-то в этом есть, – уклончиво ответила начальница охраны.
– Так, может быть, того са́мого, а? Реализуем? – вкрадчивым голосом предложил парень и сделал к футке один шаг.
– Не думаю, что это хорошая идея, – скептически откликнулась Марта, но голос её слегка дрогнул.
– Почему? – улыбнулся Живцов и сделал ещё один шаг к кровати.
– Ох, Славка, лучше не подходи, – попросила футка, и в голосе её гораздо более явно прозвучало волнение, во взгляде же стала прорываться жажда, которая не нарастала, нет. Она именно проламывалась через барьер невозмутимости, стеная: «Хочу тебя!!! Очень-очень хочу!!!»
– Прыг-скок, – сказал юноша и одним прыжком оказался на кровати в непосредственной близости от Марты. А в следующий момент та бросилась к нему и схватила, как зверь добычу, жадно прижимая к себе, обвивая его руками и ногами.
«Ох, боже!» – мысленно охнул парень, кайфуя от этой страсти. Он просто подставил гу́бы для поцелуя, и футка со стоном впилась в них своими губами.
И опять произошло то же самое, что и вчера. Слава ощутил мощную эмиссию энэк, вливающейся в него через рот Марты, но теперь он был готов к этому и запустил в себе циркуляцию "водных" потоков, чтобы обработать энергию футанари. В этот раз начальница охраны уже не прерывала свой поцелуй и продолжала затапливать молодого человека страстью, до тех пор пока тот не почувствовал, что не справляется и начинает пьянеть.
«М-м-м, вот ты и попался, ангелочек, – хихикнула футка, но сделала это у парня в голове. – Какой ты самоуверенный, однако. Лезешь в воду, не зная броду», – ворковала она, но Слава чувствовал счастье и эйфорию, которые изливались на него вторым фоном и совсем не вязались с вполне трезвым и даже расчётливым настроем магессы. Она одновременно и бездумно кайфовала, сжимая его в объятиях, и присматривала со стороны за этими своими эмоциями, словно страховала ангела от возможных последствий своей страсти, проверяла, насколько он справляется, и слегка придерживала потоки энэк, когда юноша начинал переполняться.
«Но ты очень хорош, мой сладкий. Даже несмотря на свою юность и неопытность, – с удовольствием констатировала футка. – М-м-м, как же ты… нет, не силён ещё, но очень талантлив. Я ведь испытания тебе устроила. Подумала, что если пройдёшь их, то доверюсь тебе. И ты спра-а-авился, моё золотко! Эх, тебе бы ёмкость свою увеличить раза в полтора – и вообще бы не о чем было волноваться!»
«Как её зовут?» – мысленно поинтересовался Слава, добавляя хитрую окраску в свои слова.
Про конфетку