– учащённо дыша, простонала Мока, – там… в гостиной… много горячей спермы… я вся горю!
«Охренеть! Чем эти "олимпийцы" там занимаются?! – мысленно возмутилась Арина с весёлым негодованием. – Ну я им задам! Но позже…»
Сейчас ситуация требовала скорейшего разрешения, и феечка поспешила прийти мамоно на помощь (не без удовольствия для себя, впрочем).
Мока уже прицеливалась взглядом к заднице Олега, шокированного происходящим и потому не осознающим опасности, которая над ним нависла, когда шатенка изящно прогнулась в спине, аппетитно оттопыривая вверх свои булочки, и, азартно сверкая глазами, предложила:
– Давай меня! Трахни меня! В попку! Засади мне и как следует отжарь!
Пальцы её при этом быстро скользнули во влагалище, зачерпнули изрядную порцию скопившейся в нём смазки и переместились к анусу, мягко проникая в него, смазывая и подготавливая к работе. Анальный секс для Арины являлся одним из самых сладостных удовольствий, поэтому и попка её была отлично натренирована, умея принимать гигантские агрегаты футок практически без подготовки.
Цукумогами всхлипнула и метнулась глазами к феечке, которая выглядела в своей позе просто невероятно притягательно и аппетитно! По звериному рыкнув, синевласая красотка, бросившись к ней, схватила её сзади, как голодная хищница.
– Дааааа! – сладостно простонала Мока, вонзаясь своим буром в гостеприимно подставленную дырочку.
Шатенка привычно расслабила сфинктер, ожидая грубого и массивного вторжения, но орудие мамоно ввинтилось в неё достаточно деликатно, как штопор в бутылочную пробку, приятно удивив феечку нахлынувшим на неё удовольствием. Это ввинчивание с последующим расширением внутри чувствовалось просто потрясающе. О да! Ощущения, конечно же, усилились устремившейся в девушку энэк, однако и сама мамоно явно знала толк в том, как порадовать партнёршу. И даже несмотря на страстность и спонтанность случившегося слияния, цукумогами на каком-то инстинктивном уровне использовала весь богатый функционал своего биологического аппарата.
«Боже! Это просто сказка! Сказка! – мысленно восхищалась Арина, испуская вслух полный удовольствия стон. – Что ж ты делаешь со мной, проказница! Как же мне после этого обычным сексом заниматься? Только бы он для меня прежние краски не потерял!»
Страстно сжимая феечку в своих объятиях, Мока принялась её ритмично трахать с явным облегчением на лице, черты которого были словно освещены изнутри кайфом цукумогами.
– Ооооох, да! Дааааа! – стонала она, закатывая глаза, в то время как попка её изяшно порхала над тылом девушки, подобно прекрасной бабочке, зависшей над цветком с нектаром и лакомившейся им на лету.
Постепенно энэк полностью перетекла в тело Арины, приятно её опьянив, в то время как сознание мамоно, наоборот, почувствовало просветление. Мока слегка замедлила свои движения, испытывая лёгкую нерешительность. С одной стороны, проблема её решилась и она уже в силах была остановиться, а с другой – трахать фею оказалось очень приятно и хотелось продолжать эту восхитительную игру.
Ощущения, которые цукумогами испытывала с Ариной, разительно отличались от тех, что ей навязывала Вика. Ведьмочка продолжала питать безумие противницы, словно удерживая мамоно в плену и заставляя себя трахать. Это очень напоминало насилие снизу. Даже оставаясь в подчинённом положении, Вика умудрялась доминировать, а цукумогами чувствовала себя жертвой. При этом было очень приятно, просто безумно приятно, но и страшновато немного тоже было.
Фея же, напротив, воспринималась дружеской гаванью. Она так сладко и нежно принимала Моку в себя, словно обнимала её, как самая лучшая и искренняя подруга, очень доброжелательная, сладостная, восхитительная, вызывающая восторг, чем распаляла ответное желание подарить блаженство, показать всё искусство, на которое мамоно была способна.
– Ариночка, ты как? – шепнула ей сзади Мока. – Я не была слишком грубой? Не сделала больно тебе?
– Оооо, неэээ, солнышко! – простонала блаженствующая феечка. – Продолжай, пожалуйста! Всё просто супер!
Спокойной ночи, малыши!