— На что же мне жить, — спросил я, — если вся моя зарплата будет связана с выплатами по кредитам? Мне все равно нужно будет где-то жить и питаться. Не говоря уже о том, что у меня еще двое детей...
И я сделал паузу:
— По крайней мере, я думаю...
— Давайте подождем с детьми, — сказал он. — Вы уже решили, что делать, если они не ваши? Будете ли вы по-прежнему участвовать в их жизни?
— Не знаю, — сказал я. — Это слишком ужасная мысль, чтобы думать об этом. Мне придется подождать, пока я не буду знать наверняка, прежде чем принимать такие решения.
— Не забывайте о других частях ваших планов, относительно других адвокатов, — напомнил он мне. — Я готов поспорить, что вы получите достаточно денег по иску против ее компании, чтобы выплатить кредит и вернуться к получению полной зарплаты, когда все закончится. Не говоря уже о том, чтобы потребовать обратно расходы от отца детей, если окажется, что они не ваши. Поскольку это произойдет после развода, это не будет считаться частью мирового соглашения.
— Не могли бы вы обратиться к Роберту от моего имени и узнать, заинтересован ли он в продаже? Я не уверен, что сейчас способен на это.
Он кивнул.
— Я позвоню ему, а потом дам вам знать.
Мы пожали друг другу руки и вышли из его кабинета. Я почувствовал облегчение, когда мы выходили из здания. Планы начали сходиться, что всегда вызывало у меня чувство глубокого удовлетворения. Затем я вспомнил, зачем мы строили эти планы. Мое облегчение исчезло, и я почувствовал пустоту в груди.
Мы сидели в закусочной и обедали, когда я снова осмелился взглянуть на свой телефон. И снова я не смог заставить себя сделать больше, чем нажать на ссылку в электронном письме, прежде чем передать телефон Мишель.
И опять я наблюдал за ее лицом, ожидая реакции, которая должна была сказать мне, стал я отцом или нет.
— Мне очень жаль, Гэри, — мягко сказала она.
Это был самый неделовой ответ, который я когда-либо слышал.
Она передала мне телефон, и я сам прочитал результаты. Ни один из детей не был биологически моим, хотя у них был один и тот же отец, просто это был не я. Двойной удар от потери обоих моих детей, был заменен яростью, которую я испытал от предательства. Она не только выдала этих двух детей за моих, но и убедила меня сделать вазэктомию, что означало, что теперь я не могу иметь собственных детей.
— Гэри! — огрызнулась Мишель, возвращая меня в себя. — Сейчас не время и не место. Держи себя в руках. Мы справимся с этим, я обещаю.
Я сделал несколько глубоких вдохов, подавляя свой гнев. Мне очень хотелось нанести кому-нибудь серьезный физический ущерб. Я даже подумывал о том, чтобы нанять киллера и убить ублюдка, от которого родились дети, которые должны были принадлежать мне. Мишель снова взяла себя в руки и вывела меня из закусочной.
— Звонила Лоррейн, — сказала она. — Она хочет тебя видеть.
И мы направились в офис Лоррейн.
*****
Лоррейн выглядела мрачной, когда мы вошли в ее кабинет.
— У меня есть предварительный отчет от частного детектива, — сказала она. — Очевидно, Кэролайн не теряла времени даром. Вчера вечером, к вам в дом пришел мужчина и остался на ночь. Мы не смогли заглянуть внутрь.
— У меня есть камеры, установленные в доме, — сказал я. — Я могу пойти поменять флешки местами, и мы сможем увидеть, что произошло.
Хрупкое очарование скромности. Часть 2.