Трусики неаккуратным комочком лежали под изголовьем кровати, старательно прячась от любопытных глаз. Кто-то менее внимательный даже и не заметил бы столь пикантной детали, но уж слишком наметан был мой глаз. Темно-синие, с аккуратной каемкой кружевной ткани по краям. Невинный розовый бантик добавлял им какой-то особенной прелести, милоты, которая окончательно избавляла белье от вульгарности, однозначно подтверждая – они созданы для красоты, а не для соблазнения.
Теплый свет закатного солнца заливал комнату сквозь панорамное окно, добавляя обстановке оранжевых оттенков. Светлые обои, застеленная персиковым покрывалом кровать, вытянутый овал ростового зеркала у входа. И письменный стол, за которым сидела юная девушка, старательно решающая уравнение в толстой тетради. Совсем молодая, студентка первокурсница закусила пухлую губку, умильно нахмурив брови.
— Снова ничего не сходится! Мне уже надоело начинать заново, - вздохнула девушка.
Я встрепенулся, подошел чуть ближе, заглядывая в тетрадь через ее плечо. Действительно, ровные строчки вычислений начали сбиваться ближе к концу, плутая в неверных вычислениях. Я покачал головой, а затем ободряюще хлопнул далекое от математики дарование по плечу, благословляя на очередной подход. Девица тяжко вздохнула, но спорить не стала. Она перевернула страницу тетради, сверилась с учебником и заскрипела ручкой, переписывая изначальное условие.
Вот уже полгода я подрабатывал в этой семье репетитором, безуспешно пытаясь вложить хоть каплю «технических» знаний в эту прелестную головку. Сказать откровенно потенциала в ней не было абсолютно – некоторые люди просто рождаются без способности работать с точными значениями. Вероника не была глупой отчаянно глупой, просто оставалась гуманитарием до мозга костей. Мы оба понимали это, но ее отец – Сергей Владимирович - был авторитарным тираном со своим видением мира, бездонным кошельком и желанием вырастить из дочери настоящего гения. Мужчина не скупился, оплачивая наши занятия, поэтому я продолжал приходить, по два раза в неделю устраивая пытку его дочурке.
Хотя, сказать по правде, щедрые выплаты были не единственной причиной визитов. Дочурка Сергея Владимировича хотя и не созрела до конца, уже обладала соблазнительными формами, волнующими взгляд. Длинные волосы черного цвета струящейся волной спускались ниже лопаток, породистое личико притягивало глубиной зеленых глаз, а внушительная грудь так и манила упругостью. Дома Вероника предпочитала носить короткие, открытые платья, ладно облегающие точеную фигурку и радующие взгляд глубоким декольте. Мне было приятно думать, что молоденькая принцесса специально подбирает наряды пооткровеннее к моему приходу, хотя никаких более внятных намеков с ее стороны я никогда не получал.
— Ну как у вас тут дела? – послышался звонкий голос.
Хозяйка дома, Елена Алексеевна вошла в комнату, нарушая рабочую атмосферу.
— Все отлично, - улыбнулся я. – У Вероники наметился значительный прогресс.
— Так здорово, преподаватели в ВУЗе говорили нам, что она совершенно не обучаема, как хорошо, нам так повезло, встретить вас, Максим.
Мать Вероники радостно хлопнула в ладоши, заставив объемную грудь всколыхнуться. Облегающая блузка совершенно не скрывала, а наоборот подчеркивала соблазнительные изгибы зрелой женщины, вызывая желание. Жена Сергея держала себя в отличной форме, даже после сорока, оставаясь соблазнительной красоткой. Неудержавшись я скользнул взглядом вниз, любуясь округлой попкой, которую так сексуально обтянула коротенькая юбка. Мать и дочь были похожи как две капли воды, разве то цвет волос отличался, Елена была шатенкой. Насколько я знал, женщина родила ее еще в первом браке, до встречи со вторым мужем, однако Сергей Владимирович души не чаял в воспитаннице, относясь к ней как к родной. Их семья выглядела абсолютно счастливой, идеальной ячейкой общества. По крайней мере, со стороны...
***
— Максим, задержись, - негромко сказал мне Сергей, положив тяжелую ладонь на плечо.
Оплаченные три часа давно минули, я успел даже выпить с радушными
Философия секса