по поверхности воды образуя бесформенные мутно-серые пятна. Олег разогнал их руками и спросил меня:
– Почему ты не захотела, чтобы я кончил в пизду?
– Ты что, у меня сейчас самый благоприятный момент, чтобы залететь. Хотел бы, чтобы я забеременела и родила от тебя? И кто тогда будет ребенок – сын полка?
Я захихикала и продолжила.
– Ничего, кончишь мне в попочк, и я буду носить в себе спермочку, всасывать нежными стеночками и балдеть.
– Неужели хочешь, чтобы я выебал тебя в попу, – хотел было слукавить он, но я его перебила:
– Ахаха! А то ты сам не знаешь, что так и планировалось Леночкой. Только вот то, что было здесь, конечно наш экспромт. Но он мне очень понравился. Только это ещё не всё, я запрыгнула попой на «ебальный станок» и развела по шире ноги, – вылижи мне всё там хорошенько, чтобы я ещё раз кончила.
Олег раздвинул лепестки малых губок, буквально впился в текущую пизду и стал активно работать языком в моей жемчуженке. Я снова завелась и испытала ещё один оргазм, правда более слабый чем первый.
Мы уже обмылись и вылезли из бассейна, когда услышали шум в предбаннике. Голый Андрей со вздыбленым членом, а затем и Леночка, с измазанным спермой личиком появились на пороге.
– Никогда не поверю,, – стала я допытываться, – что ты не ревнуешь Леночку к другим мужикам!
– Почему не ревную, – ответил он, – ревную, конечно, только это совсем не то чувство собственника. Она же очень страстная женщина, нимфоманка, можно сказать, и если не будет получать столько хуёв в свои дырочки, сколько нужно, то или увянет и засохнет, как роза, стоящая в роскошной вазе, но без воды. А вода для неё, это сперма во все дырочки, и моя, иногда, тоже.
– Понятно, точнее, ничего не понятно. Её ебут, извини за прямоту, во все дыры, а ты кайфуешь?
– Да, представь себе, кайфую, видя её обконченное другими хуями личико. Вот, сейчас, например, я сильно возбудился, глянь, как только что выплеснувший в тебя сперму хуй снова вздыбился.
Он убрал с промежности простынь, и я действительно увидела крепкий стояк. Не знаю, бес в меня вселился или дьявол, но я поняла, что умру сейчас, если не отсосу во второй раз этого красавца.
– Хватит у тебя «пороха в пороховницах», – лукаво захихикала я, буквально набросившись на блестящую головку. Я имею в виду, сможешь ты ещё отъебать меня в попку, если я сейчас отсосу.
– Но, ты же перед попочкой, еще простимулируешь моего дружка. Твой ротик и мертвого поднимет. В этом я только что убедился.
Его слова отозвались зудом в моей пизде, и я почти кончила, оставив мокрую лужу на досках сиденья в сауне.
— -В кого я превратилась за последние две недели. В шлюшку, в соску, членососку, хуесоску, и всё это благодаря сексуальному ликбезу моей подруги.
– А почему нет? Мне ведь нравится быть соской, шлюшкой, и всегда нравилось. А что собственно в этом плохого быть шлюшкой? Я же всегда ею была, просто не осознавала это, притворялась «порядочной». А она раскрыла мне глаза, убрала шоры и я узнала себя. Да, я шлюшка в душе, люблю секс и, мало того, не могу теперь жить без секса. Без регулярного и разнообразного секса. И это нормально.
Эти мысли вихрем промчались в моей уже затуманенной голове, и я, смачно плюнув, просто нанизалась на желанный хуй так, что уперлась подбородком в яйца.
Ксюшенька