Зеваки смеялись, ржали как свинья над Баеру и Анотоличем который хотел было сбежать, но ловким движением сержанта НКВД получил по носу только-только появившемся на вооружение у советов Калашниковым.
Баеру понимала что это её последний день в жизни.
Из подсобке вышел товарищ майор. Грозного вида, крупный мужчина благородного вида, но с каменным лицом объявил :
— За разврат на рабочем месте и занятием любовью с лицом дворянского происхождения вы, Вячеслав Анотолиевич Добронравов, объявляетесь врагом народа ! И преговориваетесь к расстрелу ! - четко чеканил предложение зрелый майор.
— Не надо ! Прошу ! Не хотел я ебать эту суку ! Не надо ! - кричал голый мужчина мочась под себя от страха, но было уже поздно и трое сотрудников НКВД взяли обрюзглое тело Анотолича, а четвертый выстрелил в него.
После, трое сотрудников НКВД пошли к Баеру, но майор отдернул их сказав :
— Об этой суке народ
позаботиться, пошлите парни, нас ждут великие дела ! - сказал майор, потушив сигарету .
НКВДисты уехали, а голая Баеру, осталась на улице, плача и дрожа от холода. Вдруг густая толпа мужиков пошла в её сторону.
Самые бойкие работяги сняли штаны и резко вствивли свои пенисы в узкую от холода щелку. Другой рабочий резким движением засунул в рот девушки, а два других насильно положили замёрзшие руки девушки на свои хуи.
Было ветрено и шел дождь, но мужчины трахали во все щели бедную Баеру.
Внезапно, начали падать небеса. Земля начала ходить ходуном, деревья начали падать. Здания которое так долго строили строители, начало падать прямо в сторону Баеру.
Девушка проснулась.
Это был дом. Её дом. Не было никаких рабочих и ничего этого не было. Это был кошмар ? Спросила девушка у самой себя ? - очнувшись после яростного ужаса.
За окном она видела лишь Макдональдс и школьников которые тусили под Моргенштерна.
Очевидное, но вероятное. (часть 3). Язык без костей