Девушки замерли, уставившись друг на дружку в неярком бледном свете экрана смартфона. Каждая выглядела так, словно пытается в чем-то обвинить другую. После короткой паузы, Ханна отложила смартфон в сторону, отключив блокировку экрана.
— Похоже, нам давно уже пора кое-что обсудить, — заметила она прохладным тоном.
Кристина тут же пожалела, что вообще открыла рот. Сказанные в невесть откуда взявшемся запале слова уже было не вернуть, но продолжать сыпать соль себе на раны не хотелось.
— Нечего тут обсуждать, — буркнула она, отводя взгляд.
— Ты обвиняешь меня в том, что мы вообще заключили наше соглашение? — будто и не услышав ее, изогнула бровь Ханна.
— Меня не волнует никакое соглашение, — раздраженно огрызнулась Кристина. — Меня бесишь ты, лицемерная блондинистая сучка!
В повисшей тишине неформалка видела, как Ханна чуть склонила голову, будто размышляя над ее словами. Прядь светлых волос упала на лицо, закрывая один глаз, в неверном тусклом освещении она выглядела необычно милой. Если забыть о том, кто она такая.
— Лицемерная? — наконец отозвалась она. — С тобой я всегда была честной, Кристи. Никогда не скрывала, чего хочу… кого, если быть точной. И секс у нас был только с полного твоего согласия… так что не понимаю, чем я заслужила половину твоих эпитетов.
— Дело не в сексе, маньячка чокнутая! Мне в самом деле нужно объяснять, что твоя мания контроля раздражает? Что, надоедает притворяться кланяющейся всем пай-девочкой, и ты пытаешься отыграться на мне?
— Немножко… — Ханна с легкой улыбкой чуть склонила голову набок. — Но на самом деле я просто не могу устоять, перед той, кто так очаровательно… подчиняется.
Она чуть ли не мурлыкнула последние слова, с видом кошки, довольно щурясь.
— То есть, — Кристина сжалась от злости, едва в силах выговаривать слова. Вот именно из-за такого поведения она ненавидела футанарьку. — То, что ты постоянно пытаешься поставить меня на колени… или что похуже… — это моя вина?!
Ханна провела рукой, убирая непослушную прядь волос с лица.
— Ты злишься на меня за то, что я трахнула тебя; или на себя за то, что тебе это понравилось? — девушка вернула прическе аккуратный вид и открыла глаза, глянув на собеседницу. В зеленых глазах плескалась ее привычная высокомерная смешинка. — Впрочем, думаю, мы обе знаем ответ…
— Не смей даже думать, будто знаешь, что я чувствую. — прошипела неформалка.
— Я всего лишь анализирую то, что вижу, — Ханна сделала вид, что безумно заинтересовалась идеальностью своего маникюра, хотя вряд ли могла что-то разглядеть в слабом свете. — Ты не такая уж дура, так что могла бы сдавать все эти экзамены самостоятельно. Но раз за разом ты обращаешься ко мне, а после хнычешь, о том, какая я плохая. Честно говоря, отличный повод задуматься о том, кто из нас лицемерная сучка. Нравится чувствовать себя несчастной жертвой?
Кристина сжала кулаки, оскалившись, дыхание сбоило, а перед глазами в буквальном смысле потемнело — от охватившей ее злобы она не могла даже пошевелиться.
— Что же касается моих… предпочтений… — словно ничего не замечая, продолжала Ханна, — То ты знаешь, кто я такая. Наверное, одна во всем этом мире. И знала, на что идешь. Я не собираюсь меняться только из-за того, что ты влюбилась в меня и рас…
Хлоп!
Звонкий звук прервал ее речь. Голова Ханны слегка дернулась в сторону от пощечины, прядь волос, которую она так старательно укладывала, вновь упала на лицо. Кристина нависла над ней, стоя на коленях, с вытянутой рукой, тяжело дыша.
райская жизнь лесбиянок