холодильника. Мне было откровенно жутковато находиться рядом с ней, но и бежать было некуда.
Только спустя какое-то время я обратил внимание, что она не просто голая и босая, всё её тело было в пыли, пятнах грязи и потёках явно чьей-то чужой крови. Потому что на ней самой не было ни царапинки!
Я смотрел на неё, не отрываясь, и она ничуть не стеснялась меня. Даже когда я пристально рассматривал её внушительные груди с фиолетовыми сосками и аппетитную безволосую щель между ног, она не нашла повода для смущения. В ответ гостья взглянула на меня своими почти оранжевыми глазами, а затем довольно прищурила их, впиваясь клыками в жёсткое мясо.
Она разделалась с колбасой, бросила на пол обглоданный кончик со второй металлической скобой. Потом вытерла от жира руку о дверцу холодильника и извергла из гортани звук смачной отрыжки. Походя отодвинула меня с дороги, коснувшись плоской стороной меча, и направилась дальше исследовать моё холостяцкое пристанище.
Я решил пойти следом, наблюдая, как перекатываются при ходьбе упругие полупопия. Поравнявшись со входной дверью, дьяволица неожиданно обернулась и ткнула пальцем туда, откуда недавно пришла. Затем медленно провела когтём себе по горлу от уха до уха, скорчила страшную гримасу и тихо изрекла:
— Куррыт!!!
Если честно, я до сих пор гадаю, кто такой этот Куррыт, но не уверен, что хочу это знать. Зато стало ясно, что наружу выходить ей сейчас очень не хочется. Нелепая гипотеза о том, что между появлением демонессы у меня в доме и толпой военных во дворе есть какая-то связь, становилась всё более правдоподобной.
Дверной звонок прозвучал как гром среди ясного неба. Девчонка мгновенно и бесшумно схватила в руки свой стоявший у порога щит, вскинула меч и приняла боевую стойку. Действовала она на рефлексах, молниеносность её реакции и отточенность движений впечатляли.
Демонесса не поняла моих слов. Тогда я жестом указал ей на место в коридоре за углом, где можно было укрыться. Она моментально туда передислоцировалась и на всякий случай вскинула меч над моей головой. Убедившись, что её не видно со стороны дверного проёма, я щёлкнул замком и приоткрыл дверь. Там стояло трое мужчин в военной форме.
— Что случилось?.. – промямлил я сонным голосом, поправил трусы и почесал зад, деланно щурясь от света.
— Доброй ночи! Капитан Ермолов. – представился коренастый военный. – Всё в порядке, посторонних в квартире нет?
— Каких посторонних?.. – удивился я и сладко зевнул. – Вы кого-то ищете? Я один тут живу, проверяйте...
Разумеется, я блефовал. Не знаю, был ли это Стокгольмский синдром, но мне вовсе не хотелось, чтобы мою гостью утащили с собой эти вояки. У одного из них в руках была винтовка, стреляющая патронами со снотворным. Второй держал нечто, похожее на оборудование для отлова собак, с проволочной петлёй на длинной палке.
Капитан несколько секунд молча смотрел на меня пронизывающим взглядом. Я повернулся боком к дверному проему, заслонив спиной демонессу, и сделал полицейским рукой жест, приглашающий войти. Я очень старался вести себя естественно, чтобы не вызвать подозрений.
— В этом нет необходимости. Простите за вторжение. Доброй ночи... – офицер коротко отдал честь, и троица направилась будить жильцов следующей квартиры.
А я остался стоять посреди прихожей в обществе этой странной воительницы. Надо сказать, она по-своему оценила тот факт, что я её не сдал. Поставив щит на пол у
Горячая Директриса