своей кожей, я тогда почувствовал как краснеет моё лицо. Дернув резко на себя покрывало я прикрыл весь свой срам. Мама может быть и хотела что то сказать в тот момент, если бы не полетевшая к её ногам цветная фотография с морем на заднем плане и ей самой на первом. Она внимательно посмотрела на фото, затем на меня и молча вышла из спальни.
Я думаю, что не стоит пересказывать моё состояние в тот самый момент. Вернее даже не момент, а весь оставшийся вечер. Мне просто хотелось испариться, быть невидимым паром или улетучится дымом костра. Это был полный пиздец!
— Иди ужинать! - сухо позвала меня из кухни мама.
Я конечно проигнорировал её слова, хотя и хотелось немного перекусить. Повторять она не стала. Я слышал как сделав все дела по дому, она прошла в спальню, задернула занавеску и выключила свет через некоторое время. Не знаю, что творилось в её голове, а в моей просто прокисла каша.
На следующий день, она просто включила свет в комнате, и вышла из комнаты, я даже не успел заметить её лицо. Одевался я специально медленно, чтобы не попадаться ей на глаза. Дождавшись, когда она выйдет из дома, я прошёл на кухню. Как обычно завтрак ждал меня на столе. Тогда я понял, что каким бы я не был тогда уродом, я всё равно остаюсь её сыном. В первый вечер я ещё смог уклониться от того, чтобы не встретиться с мамой, проболтавшись на улице до того момента, как она выключила свет и легла спать. А вот на следующий день лил такой ливень, что пропадать на улице было уже не комильфо. Я сидел в своей комнате, когда мама пришла с работы и читал какую то книгу. Краем глаза я видел как она немного отдернула занавеску, видимо чтобы убедиться, что её сын, грязный извращенец находится дома. И молча ушла на кухню.
Где то минут через сорок, она вошла ко мне в комнату.
— Ты так и будешь избегать меня теперь?
Я как сейчас помню, как я тогда покраснел. Может быть чуть чуть послабже чем в тот день, когда она меня поймала, но уши горели огнём ещё долго.
— Что ты молчишь Рома?
— Мам, извини меня!
Слова я выдавливал из себя, словно засохший герметик из тюбика. Мне казалось, что они царапают моё горло изнутри.
— Всё хорошо! Идём ужинать.
Мама встала и я думал, что она сейчас выйдет, чтобы я мог выдохнуть, но она подошла сзади ко мне и обняв меня прижала к себе. Моя голова оказалась между её упругих от лифчика сисек, а спиной я почувствовал твёрдый низ её живота. В другой бы ситуации, я наверное возбудился не на шутку. Но только не сейчас. Я сгорал от стыда и одновременно думал, о теле своей мамы.
— Сейчас всё остынет. Пошли ужинать!
Мамин голос был спокойным и таким же ласковым как и прежде. Она вышла из моей спальни и тогда я смог выдохнуть.
Жизнь снова потекла своим чередом. Мама никогда не вспоминала про тот инцидент, ну и я сам в силу своей молодости и бесшабашности про него очень быстро забыл. Ну или по крайней мере мне так казалось. Но зато вот поведение мамы немного изменилось.
Она всё чаще и чаще стала ненароком показывать мне своё тело. То собираясь на работу бегала по дому в нижнем белье, то наоборот придя с работы склонится так, что мне в вырезе её халата становится видно её сиськи. Ну или просто ляжет на диване, смотрит телевизор а халатик словно специально задерется, и
На море.