хорошее место для народной сказки Ирвинга, но не место для того, чтобы слушать, как умирает твой брак.
Но тут заговорила Дорис.
— Мы должны дать Дэйву еще один шанс - больше времени, — сказала она.
— А как же Марк, он будет ждать? — спросила ее мать.
— Марк очень волнуется. Мы оба не работаем на этой неделе, и это идеальное время для того, чтобы, как он выразился, снять комнату. Однако мне нужен мой Дэвид, он моя первая и настоящая любовь. Я собираюсь поговорить с ним. Он никогда ни в чем мне не отказывал, и я не могу представить, чтобы он полностью отказал мне в этом. Мы с ним, должны прийти к взаимопониманию, — сказала она.
— Послушай, мой план сработает. Он суров, но твой муж заслужил это своим отношением. Я предлагаю тебе еще немного поговорить, но будь осторожна, не заставляй своего любовника ждать из-за моего глупого сына, — сказала моя мать.
— Я дам Дейву еще одну попытку, чтобы он сделал шаг вперед, — сказала Дорис, завершая разговор.
Мне ничего не оставалось, как вернуться и сидеть за рождественским ужином с семьей. Я получил очень прохладный прием от всех, кроме Энн, которая, очевидно, смирилась с необходимостью флиртовать со старым толстяком. Дорис схватила меня и потянула за дверь к своему "Мерседесу".
— А как же Рождественский ужин? — спросил я.
— Мы не вернемся туда. Нам нужно поговорить, — сказала она.
— Есть ли о чем поговорить? — спросил я.
— Да, но не в машине, — лукаво улыбнулась она.
Она поехала в "Хилтон". Она позвонила заранее и забронировала номер, и когда мы приехали туда, бутылка "White Star Champaign" уже ждала нас.
— Ты вспомнила, — сказал я.
— Как я могла забыть, это же, в конце концов, был мой первый раз.
— Это последний раз?
— Нет, если этого можно избежать - пожалуйста, Дэйв, поговори со мной.
— О чем тут говорить?
— Об этом, — сказала она, придвигаясь ко мне, обвила руками мою шею и притянула меня в затяжной поцелуй.
Оттуда был короткий шаг, до огромной королевской кровати.
Она опустилась на меня, что не было обычным явлением в эти дни. За годы совместной жизни, она научилась пользоваться языком и ртом, чтобы делать минет. Когда я попытался ответить ей взаимностью, она снова прижала меня к себе.
— Это твое время, — сказала она.
— Но...
— Никаких "но", я ублажаю своего мужа, человека, которого люблю больше всех на свете, — сказала она.
Она намеревалась высосать меня досуха, и ей это удалось. После того как я кончил ей в рот, и она проглотила все до последней капли, она не теряла времени, чтобы снова сделать меня твердым. Она села на меня и начала мучительный медленный трах. Она знала мое тело, она могла буквально держать меня на грани оргазма так долго, как ей хотелось. Она доводила меня почти до конца, а потом сдерживала. Я знал, что она наслаждается своей властью, но получал мало сексуального удовлетворения от медленного темпа.
Когда, наконец, она отпустила меня, и я испытал умопомрачительный оргазм, она захотела поговорить.
— Что не так, любимый? — спросила она.
— Что может быть не так?
— О, пожалуйста, остановись, это не мы, я люблю тебя и всегда буду любить. Я хочу быть с тобой всегда, пока смерть не разлучит нас, как мы и обещали.
— Отказавшись от всех остальных?
— Ты знаешь, что я никогда не смогу полюбить другого. Использовать да - любить нет, — сказала она.
— Есть ли разница? — спросил я.
— Конечно! Я пытаюсь убедить тебя, что мы навсегда останемся вместе
я долго этого ждала..