продолжал любить свою старшую сестру во время многочисленных сеансов совокупления в своем сарае, магазине или в моей постели, поднимая руки, как будто я никогда не покидала его. Может быть, причина, по которой я смогла вернуться к Брюсу и терпеть наши менее чем удовлетворительные отношения, заключалась в этих периодических свиданиях с Кенни. Все, что я знаю, это то, что я просто наслаждалась ими, ни разу не подумав о возможных последствиях.
Оглядываясь назад, я должна была сказать Кенни, что возвращаюсь домой на роковые весенние каникулы на первом курсе колледжа. Но мое возвращение произошло под влиянием момента из-за серьезной ссоры с Брюсом, который вел себя чрезвычайно неприятным засранцем в своем пренебрежении и отношении ко мне как к своей девушке.
Я ожидала, что мои родители будут там, чтобы ослабить обычную похотливость моего брата. Но только когда я приехала, я узнала, что они были с Труди на одном из ее проклятых теннисных турниров в Калифорнии. Учитывая то, что обычно происходило, когда Кенни и я были одни в доме, я быстро оказалась совершенно голой в постели с моим младшим братом для того, что обещало быть бурным сексом.
«Кенни! Ты, должно быть, шутишь! Вот я вся голая, потная, возбужденная и просто умоляю, чтобы меня трахнули, а у тебя нет резинок!»
«Послушай, Лори, я не знал, что ты вернешься домой», — взмолился мой младший брат в свою защиту. «Поскольку тебя нет рядом… ну… я не кончаю так много, как раньше, и давно не запасался».
«Ну, а как насчет папиной заначки? Что? Ты проверил, а там тоже пусто? Боже, Кенни», — возмутилась я, хотя и не полностью забыла о поцелуях, которыми он осыпал мои мочки ушей, шею, грудь и грудь. «Ты должен был пойти и купить немного в аптеке вниз по дороге», я простонала, когда мое дыхание участилось, а мои толстые соски затвердели.
Я задохнулась так громко, когда рука Кенни зачерпнула и сжала мою мокрую киску, что я почти не слышала, как он бормочет, посасывая один из моих вытянутых сосков: «Я всегда могу остановиться прямо сейчас, Лори. Я могу одеться и уйти в аптеку, чтобы купить коробку, может две, резинок. А пока ты можешь просто лежать здесь, охлаждаясь, пока ждешь моего возвращения. Ты действительно хочешь, чтобы я это сделал? Я могу остановиться прямо сейчас, если это то что ты хочешь."
Оказавшись в горячке, я сказал Кенни: «Нет, и ты это знаешь, ублюдок. Ой, какого черта? Давай, Кенни! Я не верю, что я забеременею на этот раз? Мне нужен твой член во мне сейчас - впрыскивающий в меня твой фантастический "сок Кенни" - и заставь меня чувствовать себя особенной, Кенни, заставь меня чувствовать себя особенной! О, да, именно так. О, это чувство так чертовски хорошо!"
Молния должна была вспыхнуть в небе, как это было, когда Кенни и я впервые завершили нашу кровосмесительную связь. Это должно было прозвучать как какое-то божественное предупреждение о том, что я собираюсь нарушить еще одно космическое табу. Но этого не произошло — может быть, потому, что так и должно было быть. Все, что я знаю, это то, что до конца перерыва нам так и не удалось подняться подышать воздухом, не говоря уже о том, чтобы добраться до аптеки. Застряв в муках запретной инцестной любви и «естественного» секса, вся неделя представляла собой размытое пятно двух похотливых молодых людей, занимающихся любовью.
Только когда я вернулась в университет и у меня не наступила менструация, у меня появилось такое щемящее чувство в глубине живота, что я облажалась. После безумного,
Крутой жизненный поворот