мог бы оказаться в ситуации, когда я мог бы снять с нее одежду, пока она снимает мою. Я лениво поглаживал свой член, все еще стоя обнаженным в своей гостиной. Я наслаждался тем, что позволил своему воображению немного разгуляться, когда зазвонил городской телефон.
— И симпатичная, - добавила Артемида. - Итак, что-нибудь случилось?
— Да, она бросила своего парня-изменщика. Это правильное решение, но я думаю, что она все еще расстроена из-за этого.
— Эти вещи причиняют боль, независимо от того, кто был виноват.
— Голос опыта? – спросил я.
— Можно сказать, что у меня было несколько подобных случаев. Но нам нужно обсудить более важные вещи.
— Например, - подсказал я.
— Например, позволить мне посмотреть, как ты снова кончаешь.
— Не хочешь присоединиться ко мне?
— О, я так и сделаю, детка. В этом нет никаких сомнений.
— Могу я тебя кое о чем спросить?
Она поколебалась, а потом велела мне продолжать.
— Ты пользуешься телескопом, или биноклем, или чем-то еще?
От этого сексуального смеха по моему телу пробежала рябь.
— У меня есть очень дорогой бинокль. У меня есть подставка для него, так что я могу смотреть, и у меня свободны две руки. Это действительно сближает вещи. Как будто я могу протянуть руку и дотронуться до тебя.
— Тебе бы это понравилось?
Она долго молчала.
— Кайл, я не хочу делать ничего, что могло бы поставить под угрозу то, что у нас есть. Я думаю, что наблюдать и фантазировать - это то, что работает прямо сейчас.
— Ладно, меня это устраивает.
Мы повесили трубку, и я начал играть сам с собой. За короткое время мне стало тяжело. Что меня удивило, так это мысленные образы Ферри, лежащей на моем диване в нижнем белье, которые сделали свое дело. Вскоре уже стрелял спермой по всем матам.
Я подошел к телефону.
— Прекрасно, Кайл. Я тоже пришла. Спасибо.
— Спасибо тебе, Артемис. Смогу ли я когда-нибудь встретиться с тобой?
Я услышал долгий вздох.
— Кайл, как я уже сказала, давай оставим все как есть. Нам обоим весело, и на дороге нет поворотов, с которыми мы должны справляться. Мы можем это сделать?
— Конечно, Артемида. Мы можем это сделать.
— - -
С течением времени наша дружба с Ферри, казалось, углублялась. Она никогда не приобщала свою личную жизнь к работе. Однажды, когда я спросил о ее бывшем, она просто ответила: "Древняя история". Иногда мы останавливались выпить после работы. Нам нравилось разговаривать друг с другом о запретных ещах. Мы оба разделяли интерес к старым телешоу и проверяли друг друга на глупых пустяковых вопросах о друзьях, Сайнфелде и особенно о том, как обуздать свой энтузиазм.
Ночи были зарезервированы для Артемиды. Я все еще тренировался голышом, а она все еще наблюдала. Она не просила меня мастурбировать каждый вечер, но я никогда не отказывал ей, когда она это делала. Мы много говорили о путешествиях и кино. Она много знала об иностранных фильмах. Пару раз мы заходили на Netflix и вместе смотрели один и тот же фильм. Это было почти как свидание. За исключением того, что на большинстве свиданий я не обнажен, и обычно я уже встретила человека, с которым встречаюсь. Никогда не видя ее, я чувствовал, что Артемида становится одним из моих лучших друзей.
— - -
Это была неделя благодарения. К нашему шоку, Мартин сказал, что мы можем взять отгул на весь День благодарения, и, к нашему еще большему
Моя первая клизма