с ним, если бы у нее был на то шанс, но долгое время не было подходящего случая — все-таки Люси была так влюблена в Кассандру, что никогда не была слишком далеко от дома. По крайней мере, пока его мать не пригласили в иностранную школу. Ее собственная школа получила образцовые награды за качество, и как одну из наиболее выдающихся сотрудниц, ее пригласили принять участие в программе школьного обмена, ее сотрудники в течение двух недель обменивались знаниями с коллегами в зарубежных городах, с надеждами, что в результате обе стороны придут к более глубокому пониманию того, как лучше преподавать в своих соответствующих классах.
Его мама была просто в восторге, они редко были на отдыхе и никогда не были за пределами своей собственной страны, да еще и как часть небольшой команды, отобранной для поездки в Канаду, чтобы передать свои знания, в месте, куда она всегда хотела попасть, но никогда не могла посетить, что было для нее самым лучшим в мире, кроме Кассандры и Сэма, конечно. Обе они были невероятно благосклонны, но за неделю или около того до ее поездки, через две недели, между ними возникло напряжение, которое его мать в своем ликовании совершенно не заметила.
В ночь перед отъездом (ей нужно было успеть на ранний рейс) она зашла к Сэму, прежде чем он заснул, обняла и поцеловала его, с таким же волнением на лице, сказала ему обращаться с Кассандрой хорошо, присматривать за ней и помогать по дому, а не расслабляться только потому, что ее здесь не было.
Он, конечно, пообещал, обнимая ее и желая ей прекрасного отдыха, хотя часть его тоже хотела, чтобы он поехал, хотя его мать постоянно подчеркивала, что это в основном работа, а не досуг, и в ту ночь он заснул под звуки особенно страстной ночи, всего через пару дверей.
Как только утро встретило Сэма, он мило зевнул, потянувшись под простынями, когда будильник кричал на него из-за кровати, его телефон говорил ему, что пора вставать и готовиться к особенно ленивой субботе. Его мама, он знал, уехала всего несколько часов назад и, вероятно, была в аэропорту в ожидании своего рейса в Канаду. Все-таки она любила приходить пораньше.
Он снова вытянулся и, недовольно вздохнув, выскользнул из постели, прижав ноги к прохладной мягкости ковра, прежде чем встать на ноги, растянув и прогибая спину, сонно моргая.
Он потянулся и мягко поцарапал бедро через простые белые боксеры, которые он носил, и огляделся вокруг своей комнаты, пытаясь понять, что он собирается делать сегодня, вероятно, набросок, который он думал, или краска, если он мог найти вдохновение. Но, глотая, он вздрогнул, горло пересохло, и жажда была мучительной.
Босиком поднимаясь из своей комнаты, он начал пробираться через слишком тихий дом, пробирая кончиками пальцев длинные светлые волосы, отбрасывая их назад в какое-то подобие порядка, его яркие голубые глаза медленно, устало моргали.
Он прошел через гостиную, между большим диваном, который часто занимала его мама и Кассандра, и одноместным диваном меньшего размера, который часто занимал он, затем мимо телевизора, который они часто смотрели вместе, в сторону кухни.
Он остановился у порога, мгновенно насторожившись, когда, к своему удивлению, застал Кассандру, сидящую на краю скамейки и читающую газету, рядом с которой дымилась чашка кофе.
Он уставился на нее, и она посмотрела на него, улыбнувшись и сказав: "Доброе утро, сладенький."
Он сильно покраснел и повернулся, чтобы уйти, но ее слова поймали его, заставив его остановиться, только наполовину отвернувшись от нее: "Ах, мой сладкий котик, не будь таким."
Он оглянулся на нее, его голос был неопределённым, его взгляд был
Связана. Беспомощна