Был прекрасный солнечный денек. Лели был еще совсем наивен. Тина, предмет его обожания, была с ним и они вздумали поиграть в прятки в каком-то сомнительном месте за заброшенными зданиями. Тогда еще в штатах можно было встретить «пейзаж» на подобии наших гаражей. А посему эта местность как раз и подходила. И вот, они условились, что искать будет она. Но ей так и не довелось найти его – кто-то закрыл ему рот и увел в сторону. Она решила, что тот прикалывается и ушла от досады.
Лесли же вернулся домой позднее, чем она и разбирал случившееся по кускам. Он старался сделать безразличный вид, чтоб родители не догадались и не отправили его. О, ужас, к какому нибудь специалисту. В это время попасть к такому означало обречь себя на ярлык. И это в лучшем случае. К тому же он не хотел, чтобы они узнали, где он лазил. Семья была строго-образцовая. Строгая дома, образцовая на людях. Эта напускная образцовость была единственным, за что они держались.
Он ждал ее звонка и вот он. Скорее побежал к трубке.
— У тебя есть несколько минут – сказала мать – ведь скоро ужин.
— Лесли, где ты пропадал?- услышал первую претензию.
— Так вышло. Я потом расскажу.
— С тобой хоть всё нормально?
— Да – сказал он кратко.
— Хорошо. Я приглашаю тебя завтра к нам на обед.
— Замечательно. Постараюсь прийти - пообещал он и побежал на кухню.
А там был подан странный суп – семья не отличалась доходами и жила похуже, чем семейство Тины. И как бы Лесли не держался молодцом, мать наехала – Лесли, прекрати сплевывать на салфетку! Безобразие! Прекращай водиться с теми, кто тебя такому обучил.
Отец лишь закивал в ответ а на деле ему было все равно. Это по привычке. Он бы и не двинулся помогать в тот час, когда на него накинулась шайка а сделал бы вид, что не заметил и что это вовсе не его отпрыск. Мало ли. А сын его, между тем, не мог не отплевываться на рефлекторном уровне после пережитого.
А когда мать сказала – Жижу черпай! – стал покашливать.
Это было не кстати и она похвалила другого сына Джека. Он-то был всегда примерным и сейчас особенно. И по всяким сомнительным местностям не шатается. А в прятки поиграет дома с отцом. Лесли бы и дальше так затягивал поедание, если бы не подозрение матери о том, что с ним что-то не то. И это явно не к добру. И его нужно показать специалисту. Он тут же развеял ее сомнения и доел до дна. И поскорее ушел к себе в комнатушку.
Там он еще раз осмотрел член. Который прикола ради перевязали. Но он уже всё размотал. Перед ним опять возникла картинка смеющихся дурацким смехом троих запевал.
— И зачем я туда полез? Зачем послушался ее? Зачем поддался на уговоры? Ненавижу! Я не расскажу ей ничего. О, мой бедный красный член.
Соломинку из него он уже высунул по приходу домой. Из-за нее у него было чувство рези. Он не выкинул ее а просто положил на полку. И резинку тоже положил. Разрешения предков на завтрашний визит он не выпрашивал а просто пошел. Конечно без подарка. Ему не понравилось, как ее предки смотрели на его пиджак. Да, он не с иголочки. Ну и что. Это было самое лучшее, что было из одежды. А уж после фразы ее матери, когда она заметила, как понравилось ему горячее – Можешь всю тарелку не вылизывать! – он просто встал и побежал в ванную на рефлексе.
Серебрянная медалистка