отсюда? Я держу свои обещания. Если ты отпустишь свою жену — если ты позволишь мне забрать ее — я все еще могу это сделать”.
Мы уставились друг на друга. Я не могу! Горячий гнев клокотал внутри меня. Он просил меня решить мою собственную судьбу, сделать мое наставление рога необратимым.
Но потом я подумал о жизни в тюрьме. До сих пор мое время можно было измерять днями и неделями. А как насчет того, когда мне приходилось измерять это в месяцах? Годы? Двадцать лет....
Если бы я этого не сделал, Кайлу все равно вполне удалось бы украсть Шерри. В тюрьме я не смог спасти ее. Если бы я был свободен, возможно, я мог бы сказать ей правду, сказать ей, что я лгал по телефону, что я не хотел, чтобы она была с Кайлом. Мне просто оставалось надеяться, что она мне поверила.
Это была самая страшная часть. В каком-то смысле Кайл пытался заставить меня сказать правду. Это возбудило меня при просмотре DVD-дисков. Часть меня действительно хотела, чтобы мне наставили рога. Просто не так. Не через него.
Кайл ухмыльнулся, наблюдая, как я борюсь с собой в течение долгих минут. Я, наконец, кивнул.
Кайл набрал номер своего мобильного телефона, а затем включил его на громкую связь. Он поднес его поближе к своей телефонной трубке, чтобы я мог говорить в свою трубку и Шерри могла это услышать. Я почувствовал, как мое сердце заколотилось, когда звонок соединился.
“Шерри?” - спросил Кайл. “У меня здесь Том. Он знает о нас, Шерри. Я сказал ему.”
Шерри издала вздох ужаса.
“Но все в порядке. Все так, как я тебе говорил. Он хочет признаться тебе во всем этом. Давай, Том.”
Я сидел там, уставившись на сотовый телефон. Я мог слышать испуганное дыхание Шерри на другом конце линии. Скажи ей, подумал я. Скажи ей ложь, которая в некотором роде является правдой. Или ты застрянешь здесь на двадцать лет!
Я открыл рот... но не смог этого сделать. Гнев вскипел внутри меня, изливаясь в мой разум.
“Шерри, он лжет!” - крикнул я. “Пожалуйста, приезжай ко мне в гости! Он—“
Кайл нажал кнопку на телефоне и прервал вызов. “Ты тупой сукин сын”, - сказал он опасно низким голосом. Это был самый злой человек, которого я когда-либо видел. “Все, что тебе нужно было сделать, это сказать одну гребаную простую вещь”.
Я вдруг очень обрадовался, что между нами было закаленное стекло. “Она придет”, - сказал я. С каждым словом я чувствовал себя сильнее. “Она приедет навестить. Ты не можешь остановить ее сейчас. И когда она приедет сюда, я скажу ей правду”. То крошечное пламя сопротивления, которое я вызывал раньше, вернулось, и стало ярче. “И к черту возможность выбраться отсюда. Я хочу вернуть свою жену!”
Кайл прислонился прямо к стеклу. “Ты не сможешь заполучить ее”, - сказал он мне. И вышел.
Следующей ночью я лежал без сна, беспокоясь. Я знал, что Кайл имел влияние в тюрьме через начальника. Охранники и заключенные были в его распоряжении. Хотел бы он, чтобы меня избили? Убили?
Но ничего не произошло. На следующее утро я нервно ждал времени посещения. Осталось три часа. Два часа. Один. Я собираюсь сделать это! Я знал, что собираюсь отсидеть весь свой срок, что в гневе Кайл может даже попытаться продлить мне срок. Но альтернатива была немыслима. Я не мог сказать своей жене, что я какой-то жалкий рогоносец.
Моей ошибкой было сходить в туалет. За тридцать минут до начала посещения я стоял у писсуара... и вдруг что-то закрыло мне рот и нос. Химический запах....
Наедине