смотреть прямо вверх, на её туго обтянутую трусиками киску.
Цепь продолжала медленно затягивать ошейник вокруг моей шеи, пока я не почувствовала, что он начинает душить меня. Зловредная Лекса позволила ему перекрывать мне кислород в течение нескольких, показавшихся вечностью, секунд, прежде чем наконец выключить механизм и снова ослабить цепь. Я тут же надрывно закашлялась и начала хватать ртом воздух, в то время, как по её губам гуляла ехидная улыбочка.
— Даже не вздумай отворачиваться от меня, Бекка, - строго предупредила она, слегка наклоняясь сверху. - А теперь посмотри мне между ног и скажи: это именно то, что ты хотела увидеть, верно?
— К-ка... кха-кха!... какого хрена ты творишь? - прохрипела я, едва переводя дух. - Ты что, пытаешься меня задушить или что-то в этом роде? Совсем с ума сошла, стерва? - гнев распирал меня.
— Это дисциплинирующая вещь, - скучающим голосом сообщила Лекса, - даже собак можно научить понимать то, что если они не слушаются и плохо себя ведут, их тянут за удушающую цепь. И ты тоже научишься повиноваться, я позабочусь об этом.
— Зачем... ты это делаешь? - спросила я, выбирая слабину на цепи и снова упрямо отворачивая голову в сторону.
Она хмыкнула, снова нажала на кнопку, и жужжание, лязг, удушение повторились.
— Посмотри. Мне. Между. Ног, Бекка, - чуть не по слогам приказала она, пока я, извиваясь и крутя шеей в ошейнике, пыталась вдохнуть воздух. - Не заставляй меня обращаться с тобой, как с собакой.
На этот раз она оставила цепь душить меня на более долгое время, прежде чем отпустить. К этому моменту у меня уже начало темнеть в глазах, я надсадно закашлялась и пыталась отдышаться, что удалось мне с большим трудом. Если я не хотела в следующий раз потерять сознание, у меня не оставалось другого выбора, кроме как повиноваться ей.
Я подняла глаза и посмотрела прямо вверх, вдоль её длинных стройных бёдер, в самое сердце её женского существа, прикрытое крошечными кружевными трусиками. Её промежность находилась примерно в двенадцати дюймах надо мной.
— Хорошая девочка, так-то лучше, - довольно протянула она, свободной рукой слегка потрепав меня по щеке.
Её трусики были почти прозрачными, и я могла легко разглядеть холмик её лобка и половые губы. Нижнее бельё Лексы рельефно оттопыривалось, и я с уверенностью могла сказать, что под ним скрывались крупные половые губы, так как материал трусиков заметно натянулся, чтобы удерживать эти раздутые подушечки.
Она немного подтянула юбку вверх, развела ноги в коленях и начала медленно приседать, выгнув спину и опускаясь всё ближе к моему лицу. Лишь когда до моего носа оставалось шесть дюймов, Лекса остановилась.
— Понюхай мои трусики, Бекка, - соблазнительно-сексуальным голосом пропела провокаторша. - Не бойся, с ними всё в порядке - я надела чистые сегодня утром, после того, как приняла душ. Ну же, давай, понюхай их и скажи мне, такие же ли они ароматные и возбуждающие, как у Натали? - подначивала она меня.
Я не хотела, как какая-то сучка, обнюхивать чужие трусы, поэтому снова резко отвернулась. И опять - жужжание, лязг, удушье. На этот раз недовольная моим упрямством Лекса оставила механизм душить меня на пять секунд дольше, чем в предыдущий раз, и лишь затем отпустила кнопку.
Задыхаясь и судорожно втягивая воздух, я никак не могла удержаться от обоняния её грёбаных трусиков. С каждым вдохом я явственно чувствовала приятный запах дорогого мыла, в сочетании со слабым ароматом её киски.
Десять писем. Часть I. Письмо первое