успокоилась, и лучше соображать начала. Я встала и присела на койку. Мне они воды подали, чтобы я успокоилась. Баба стала торопить меня уходить из вагона.
А куда мне было идти, спрашивается? Я там, в городе куда мы тогда прибыли, в Москве, никого не знала. Мои парни, Васька с Иваном, подевались куда-то и где они тут останавливались я понятия не имела. Ни денег, ни документов у меня тоже не было. Одна в столице, без ничего, представляете!
К тому же, я не могла найти никакой своей одежды. Ни платья, ни белья, ни даже туфель моих там в купе не оказалось. Ну что за невезение!
Я хотела было завернуться в простыню чтобы совсем голой не ходить. Так эта проклятая проводница у меня простыню отобрала. Сказала, что простыня была казенная и за ней числилась. Ну подумаешь, простыня!
Но делать мне было нечего. Я вздохнула и вышла из вагона как была, голая и босиком. Подумала, была не была, как-нибудь выкручусь. Мне еще и не в таких переделках бывать случалось. Светило солнце. Публика толкалась на перроне.
Толчея, шум, давка. А я шла между ними голая, иногда отталкивая руками слишком приставучих мужиков. При этом я всем улыбалась. Я ничего не боялась. Даже чмокнула одного мужика в щеку, проходя мимо. Он так и оторопел от этого.
Настроение у меня было замечательное! Столько мужиков вокруг, столько ёбли с ними можно было устроить! Все было впереди!
Учительница английского