— Ничего страшного! – успокоила её Машенька. – Тётя Катя хорошая, она всё поймёт! Я тоже Тане про нас не рассказывала.
Вот это верно! В плане понимания у Кати полный порядок! Может предложить Ольке – пускай она дочери про свои общажные приключения расскажет!
— Такое ощущение… - жена озадаченно замерла. – Словно у меня из задницы сперма вытекает. Пойду всё-таки в душ…
Я откинулся на кровати, уткнувшись головой в голое бедро дочери. На мой взгляд - ситуация и без того крайне неоднозначная, но обе женщины стремятся всё ещё больше усложнить и запутать. Так случилось, что мы трахаемся друг с другом… Зачем об этом рассказывать? Маша родит, найдёт себе мужика и всё забудется как страшный сон… Не совсем страшный и не совсем забудется… Но зачем подтверждать эту постыдную близость перед остальными? Причём, проявляя завидное единодушие! Кстати, в последнее время они прекрасно ладят! Лет с одиннадцати-двенадцати Олька с дочерью периодически цапалась… Лет с пятнадцати иногда это перерастало в скандалы… Причём, по незначительному, с моей точки зрения, поводу.
— Давай, показывай, как меня трахали! – жена буквально впорхнула в комнату.
— Я тебе на телефон уже скинула, - радостно отчиталась Маша. – И папуле. Может, он на работе захочет посмотреть!
Ага, или кому-то показать! Делов-то! Чего тут смущаться!
— Ого! Она так раздвигается! – воскликнула Олька. Она встала надо мной на колени, так что её сжатые губки нависали над самым лицом. – Вот сейчас мне было очень больно! Слышишь, как я застонала?
Губки покачивались, опускаясь всё ниже… Мы не раз так играли. Я пытаюсь их лизнуть, а жена привстаёт и уворачивается. Я хватаю её за бёдра, пытаясь прижаться, а она прижимает мою голову, стараясь не дать.
— Ничего себе! Не думала, что эта дырочка может так широко… Так кожа вокруг вытягивается! – внимательно рассматривая хорошо знакомые складки и поры на коже, я продолжал задумчиво лежать. Когда-то, именно через них появился на свет новый человек… и могли бы появиться ещё несколько. Как забавно устроена физиология. Почти двадцать лет в них проникал только я. Потом побывал другой и завтра опять вернётся. Если поначалу я не мог разобраться в своих чувствах, то сейчас меня эта мысль возбуждала. Почему? Что изменилось?
— Ты там заснул? – наконец жена заинтересовалась моей пассивностью.
— Почти… - пробормотал я, прикрывая глаза. Хорошая версия, надо будет её придерживаться. Ни сил, ни желания больше не оставалось.
Женские тела начали перемещаться вокруг меня и свет в комнате погас.
— Папуля у нас молодец, - издалека прошептала Маша, устроившись на своём ложе. – Он так здорово всё делает. Мам, ты меня не сильно ревнуешь?
— Что ты, доченька! – пробормотала жена. – Он всегда был нашим общим мужчиной…
Я прикусил губу, чтобы не заржать. Слишком это… неоднозначно прозвучало.
— Мам, может ты найдёшь ещё одного, такого же. У меня не очень хорошо получается.
— Такого я точно не найду. Наш папа – чудо! Останешься пока с нами. Детишек выкормишь - тогда посмотрим… Катя обещала помочь.
Почему-то предложение жены не вызвало у меня протеста. То есть, особого восторга тоже. Если поставить в единственную комнату три кроватки, то места ни для секса, ни для жизни не останется, но почему-то меня это не пугало. После секса с дочерью я готов был воспринимать их как своих детей.
— Мы расскажем тёть Кате… про нас? - поинтересовалась Маша.
— Наверное. Я как не думаю - не могу понять, что плохого или неправильного мы делаем. Ты довольна, счастлива. Не переживаешь, что случиться завтра. Есть кому о
Не стреляй. Часть 2. (9 из 21). Леша, Катя, Ната, Андрей