Джошем пара, женатая пара, у нас скоро будет ребенок, и если ты готов поступить с нами правильно, тогда… - слезы хлынули из ее глаз. щеки - Я бы очень хотела вернуть своих родителей...
Папа со слезами на глазах кивнул. - Как скажешь, тыковка.
— Папа... - Она встала, и они еще раз обнялись.
После того, как они расстались, папа подошел ко мне. - Что скажешь, малыш? Ты хочешь, чтобы мы снова стали семьей?
Я медленно кивнул, и мы обнялись, в то время как Брук рыдала рядом с нами и была такой эмоциональной, какой я ее когда-либо видел.
***************************
Через несколько минут мы все неторопливо вернулись на свое место. Брук и папа прогуливались рука об руку, а я чуть отставал. Я не мог не восхищаться ею за то, что она простила их. Они причинили ей неизмеримо большую боль, чем мне. Я думаю, опасные для жизни события действительно меняют точку зрения человека.
Когда я смотрел на свою сестру, я не мог поверить, что она носит нашего ребенка. Она даже не выглядела беременной. Она была одной из тех женщин, которым посчастливилось сохранить свою фигуру, и со спины это было невозможно определить. Только ее живот и грудь увеличились в обхвате. Ее груди теперь так раздулись, что увеличились вдвое, и я в полной мере пользовался этим в спальне. Я трахал ее, по крайней мере, два раза в день, и занимался с ней любовью либо когда она была сверху, либо когда я ласкал ее ложкой, так что ее полные молока сиськи были легко в пределах моей досягаемости.
Мы вошли в наш дом, и Брук провела папе экскурсию, задержавшись в детской и объяснив ему свое видение декора. Я чувствовал головокружение и бодрость от алкоголя, и этот день, на удивление, выдался невероятным. Несколько минут спустя папа позвонил маме и передал трубку Брук. Он присоединился ко мне в гостиной, пока моя сестра рыдала навзрыд по громкой связи в детской.
— Мама, я беременна! - всхлипывала она некоторое время спустя.
— Это мальчик или девочка? - Он улыбнулся, как будто никогда не считал немыслимым, что его сын посеет свое семя в его единственной дочери.
— Мы не знаем. Брук хочет, чтобы это было сюрпризом, поэтому она приказала врачам и специалистам по УЗИ молчать.
— Совсем как твоя мать. - Он издал задумчивый смешок. - Они обе безнадежно романтичны. - На его лице внезапно появилась морщинка беспокойства. - Но... с ребенком все в порядке?
— Да. – улыбнулся я. - Насколько могут судить врачи, это просто еще один ребенок. Здоровый ребенок.
— Хорошо, - вздохнул он с облегчением. - Учитывая размер живота твоей сестры, я был уверен, что она носит двойню. – рассмеялся он.
— Ага, - усмехнулся я в ответ. - Она довольно крупная.
Некоторое время мы сидели в тишине, пытаясь прийти в себя.
— Ты не представляешь, что он со мной делал! - услышали мы громкие рыдания Брук в детской. - Он был жесток и оскорблял меня на протяжении всей этой беременности...
Мы с папой встретились взглядами и через секунду расхохотались.
— Прямо как твоя мама: безнадежно драматична.
Несколько минут спустя, после того, как мы с папой продолжили выяснять отношения, моя жена вернулась и передала мне телефон, попрощавшись с мамой сердечным - Я люблю тебя. - Она сидела у папы на коленях, и из ее карих глаз все еще текли слезы, пока мы с мамой немного разговаривали.
— Что ж, я скучал по ней, - вздохнул я, возвращая папе его телефон.
Анальная ночь