и Ольга, но ее довольное лицо не выражало и грамма сожаления. Она пребывала в состоянии глубокого удовлетворения, которое возможно достичь только путем долгого жертвенного воздержания.
— В новостях сказали, что завтра еще нельзя будет выходить из дома, - как бы невзначай сообщила мать, - придется еще целый день тут сидеть.
— Я думаю, это все надолго, - паренек старался придавать голосу мужественной твердости.
Оба они смотрели в темный потолок и молчали. Даже телевизор в этот вечер молчал – никто не удосужился вытащить из вибратора батарейки, чтобы оживить пульт. Да и не требовалось сегодня его присутствие. Стемнело, сверху раздались привычные женские стоны, но они теперь казались Олегу безобидными и даже знакомыми. Вспомнилась Алина и чувство вины усилилось, ведь сегодня произошла его первая измена.
— Олеж, - в темноте Ольга обратила блестящие глаза на сына, - это же все не по-настоящему было. Просто мы оба скинули напряжение. Правда?
Олег угукнул и подсунул руку под затылок, отвечать не хотелось, но выдавать интонацией свое смущение не хотелось вдвойне.
— Все ведь так делают, когда нет возможности… ну, в смысле, нет партнера…Тебе ведь понравилось?
— Неожиданно было, но приятно, - Олег несколько осмелел от доверительного тона матери, да и ночная тьма благоприятствовала откровенности.
— Да, я и сама от себя не ожидала. Только называй меня по имени в такие моменты. Хорошо?
Ольга тщательно подбирала слова, она никак не ожидала, что ее сын, плоть от плоти, окажется таким застенчивым юношей. Другой в этой ситуации бы не растерялся. При ее натуралистическом воспитании в ее представлении сын должен был весьма спокойно отнестись к ее наготе и даже совместной мастурбации. А девушка сверху все не умолкала, то она громко стонала, то затихала и ее резкий визг рассекал тишину многоэтажки. И каждый раз Олег представлял, что слышит голос обманутой им Алины.
Залетела в поезде