— Ааах, -застонала Ленка-Мне так приятно, так хорошо!Мой бедный живот!Как его раздуло!Как только в меня столько влезло?Я теперь это всё переваривать буду неделю. Мне даже дышать тяжело.
Но судя по её подкатившимся глазам, я понял, что моя Леночка наконец-то слетела с катушек и смирилась с тем, что это хоть и свинство, но какое приятное! Что данное состояние возбуждает не только меня но и её. Продолжая гладить и целовать этот прелестный купол я с долей иронии сказал:
— Вот теперь я чувствую как желудок выпирает! И не только чувствую, но и вижу., -и я языком чуть пощекотал напряжённый пупочек..
Ленка в ответ только томно хихикнула и вальяжно потянулась. Я ещё минут пять покрывал ласками и поцелуями её живот. В ответ были благодарственные обрывки фраз и тихие стоны.
— У меня такое внутри приятное ощущение, -говорила она.-Я такое и раньше испытывала, когда обжиралась, но не так ярко. А сейчас и желудок и кишки так давят на матку, что я сама себя не узнаю, так хочу трахаться. Вот потрогай-, и моя Леночка сильнее раздвинула ножки и чуть приподняла попку с кресла. Я коснулся рукой этой нежной холёной промежности, обтянутой белыми кружевными трусиками. Там было горячо и мокро. Моя девочка текла как гулящая сучка. Ещё больше удовольствия мне доставило само очертание линии лобка. Сам живот, будучи надувшимся, плавно сразу переходил в киску без каких-либо уголков. Когда я провёл рукой от набрякших половых губок вверх до пупка, Ленка содрогнулась всем телом и издала короткий вздох.
Я хотел оставить на ней трусики и чулочки.Но Ленка категорически запротестовала, объяснив это тем, что устала и хочет полностью расслабиться. Пришлось снять и эти предметы нижнего белья. Затем я подал ей халатик. Я помог ей встать с кресла, держа за одну руку, а второй я осторожно поддерживал живот снизу. Запахнув халатик, жена подошла, покачиваясь к зеркалу. Внимательно осмотрев себя, она осталась довольна, согласившись, что выглядит довольно соблазнительно. И действительно она и в простом халате была великолепна! Халатик был короткий, сантиметров на 15 выше колен, насыщенно-голубого цвета(блондинкам очень идёт этот цвет), из тускло блестящей атласной ткани, а отворот воротника и поясок были чёрными. Раздувшийся живот не позволял запахнуть халат полностью и потому запах получился очень низким и из него почти полностью выглядывали белые нежные грудки. Ленка повернулась к зеркалу боком. Её опять сильно качнуло, но она устояла, пьяно хихикнув.
— А всё таки здорово я набралась!-сказала Ленка и обернулась ко мне.
Я ничего не ответил. Я жадно наблюдал за женой и наслаждался её непривычным видом и состоянием. Я сам до сих пор не понимаю, как пьяная и обожравшаяся до аномальности женщина может быть объектом не отвращения, а вожделения? Я тогда думал, что я такой один и мне было стыдно перед самим собой. «Кошмар»-думал я.: «Причёска растрёпана, помада размазана, грудь того гляди, вывалится из запаха, изо рта разит алкоголем и закуской, взгляд затуманенный и похотливый, движения неловки и вульгарны, живот надутый и урчит. И на беременный живот он не похож! А именно видно, что просто обожралась до упора.» И чем дольше я так думал, тем больше мною овладевала страсть и желание видеть это ещё и ещё.
Ленка кое-как расчесалась, привела волосы в относительный порядок и подошла ко мне, ступая очень неуверенно.
— Я тебе правда такая нравлюсь? Оооох. Я столько съела и выпила...урррп...-, она положила руку на живот и медленно погладила его.
В эту секунду её опять качнуло именно таким образом, который я всё время рисовал себе в
Инесса Анатольевна