и сисястой русской наложницы своим благородным арабским семенем. А скоро, очевидно, и матку её наполнит. И будет скоро наша воспитанница Гайка, как инкубатор! Впрочем, как и Миранда вскоре после неё...
— Может, в коробку её уже, шеф? - спросил красный от напряжения охранник.
Святослав обратился к разомлевшему от отличного отсоса Абу:
— Если вас устраивает товар, то позвольте заняться его упаковкой?
— Да... Да... Конечно!... - ответил Абу рассеянным голосом, и вдруг стал говорить на повышенных тонах с какой-то женщиной за кадром, бурно при этом жестикулируя.
Связь оборвалась и охранник, облегчённо вздохнув, приступил к упаковке.
— Как думаешь, что твой батя с этой легавой сукой сделает? - поинтересовался я у Свята, наслаждаясь одновременно видом садящейся на мой колышек своей промокшей насквозь пиздой лицом ко мне Анакондой и тем, как грубо матерясь и причиняя ей боль, охранник заталкивает в тесную, обитую изнутри красной мягкой тканью коробку, отчаянно сопротивляющуюся и громко мычащую сисястую блондинку по кличке Миранда.
— О, батя у меня - тот ещё фантазёр! - ответил Свят, насаживая голову Сосисечки на свою плоть, грубо держа её за загривок, - Не могу точно сказать что именно он с ней будет делать, так как Юра Зуб всегда выдумывает что-то новенькое, но точно могу сказать одно: ей придётся несладко!...
— Кончит её? - равнодушно уточнил я.
— Это вряд ли... И не покалечит. Помучает всласть, и продаст с хорошим наваром. Он у меня хоть и бандит в прошлом, но деньги всегда уважал!...
— Это точно! - подтвердил я, наращивая темп и наслаждаясь стонами Анаконды, - В нашем деле не до эмоций! Главное - прибыль!...
Я был доволен, слушая, как забиваются гвозди в крышку короба и вспоминая о том, какую солидную сумму наша банда сегодня заработала...
Он