туннеля. Надо мной взгромоздилась Дженн, которая повторяла:
—Майкл! Что ты делаешь?
—Сплю и вижу сон, который гораздо лучше реальности, — ответил я, протирая глаза.
—А почему на том же матрасе, что и я? — спросила Дженн.
—Ну, может потому, что разведчики пустоши оставили здесь только 4 матраса. Их же обычно было четверо на заданиях. Не пойду же я спать на одном матрасе с Кэмпбеллами, Джонни Мэттисоном или Курцем, — ответил я.
—А почему ты правой рукой лапал мою грудь? — не унималась Дженн.
—Наверное, потому что она тёплая, а ноябрьская ночь возле пика Оникс холодная. Ведь лучше друг друга согревать, так? — ответил я.
—Так это ты меня согревал или сам грелся? Или ещё что-то делал? — продолжала Дженн.
—Дженн, посмотри на меня и на себя. Мы сейчас в той же одежде, что были вчера. Ну что я мог делать? Или это претензии, что я чего-то не делал и предложение это сделать? — спросил я.
—Майкл, к чёрту твои шуточки. Я серьёзно. Если ты думаешь, что та ночь даёт тебе право делать со мной, что ты хочешь и когда ты хочешь, то ты глубоко заблуждаешься, — заявила Дженн. Опачки, это что-то новое. Или у девочки просто с утра плохое настроение, а после вчерашнего оно хорошим быть не может, или более серьёзный бунт на корабле. Заявочки в стиле мадемуазель де ля Молль, героини романа, который мы проходили в курсе мировой довоенной литературы. Эх, шикарная была оцифрованная библиотека в нашем убежище, как и само убежище. Если не обуздать это сейчас, то добром это не кончится, как не кончилось для главного героя сего романа.
—Дженн, а теперь я говорю тебе серьёзно. Если ты думаешь, что я могу что-то с тобой делать против твоей воли, то я могу сделать только вывод, что ты плохо меня знаешь. Я же прекрасно понимаю, каково тебе после того, что случилось вчера. Той ночью мы строили планы, я позавчера исследовал апартаменты Мияки Киото, как и обещал, и думал, что вчера расскажу это тебе. Но вчера всё полетело к чёрту и всё это уже неважно, так как нет больше ни верхних апартаментов, ни нижних, ни апартаментов Мияки Киото, ни вообще убежища, — сказал я.
—Ну и как тебе апартаменты Мияки Киото, понравились? — спросила Дженн.
—Если сказать честно, то они мне не понравились. Ни тебе собственной ванны, ни кухни, как было у нас в нижних апартаментах, да и площадь маленькая. Можешь спросить у Курца, он жил в подобной комнатушке рядом. Только одна кровать и та односпальная. Разве что поживился там вот этими очками. Полезная штука, лучше в них воспринимается окружающая обстановка, да и учиться в них лучше. Как я заметил вчера, усвоение научной информации в них идёт лучше, — сказал я, подобрав упавшие очки с матраса и одев их. — Но если честно, то я бы сейчас многое отдал, чтобы мы сейчас находились там, а не здесь. Многое, но не всё.
—И что бы ты не отдал? — спросила Дженн.
—Тебя и всю нашу нынешнюю группу, — ответил я и поднялся с матраса, направившись в сторону моего рюкзака.
—Майкл, ты куда? — забеспокоилась Дженн.
—Есть одно утреннее дельце, которое надо сделать. Кстати, а тебе не надо? Если что, я могу тебя прикрыть от посторонних глаз, — предложил я.
—А от своих прикроешь? — спросила Дженн.
—Дженн, я тебя вроде бы всякой видел. Но коли стесняешься, я смотреть не буду, обещаю, — ответил я. Мы встали и пошли в ту часть туннеля, которая выходила к пику Оникс. В конце
У моря, у Обского моря. Часть 1. Туда.