Голова Саймона была полна беспорядочных мыслей, и он внезапно задался вопросом, была ли его сестра лесбиянкой.
«Вы с Джиной раньше целовались?» - спросил он. Саманта начала смеяться: «Мы делали это пару раз. Просто дурачились, но это шокирует людей». Саймон кивнул, подумав про себя, что, хотя его сестра была поразительно хорошенькой, он никогда не видел ее с парнем.
«Я приношу извинения за Джину», - сказал он. «Временами она может быть немного вспыльчивой».
Саманта снова рассмеялась: «Это было всего лишь немного забавно», - она не добавила, что это начало возбуждать ее.
«И я сожалею о поцелуе», - продолжил он. «Это, должно быть, было ужасно.»
Саманта остановилась, теперь настала ее очередь выглядеть смущенной: «Боюсь, это была моя вина. Джина всегда рассказывала мне, как ты хорошо целуешься, и я спросила ее, каково это было?» Она поколебалась, прежде чем продолжить. «Она сказала, что собирается кое-что устроить, но я подумала, что она просто дразнит меня. В любом случае, дорогой брат, она права, тебя приятно целовать... И тебе, казалось, это нравилось», - поспешно сказала она. Ее взгляд на секунду скользнул вниз к его паху, и она начала хихикать.
Саймон снова покраснел и заикнулся, заставив свою сестру громко рассмеяться, прежде чем она внезапно стала серьезной: «Ты мог бы попробовать еще раз... только если бы захотел». Он посмотрел на нее с испугом, задаваясь вопросом, не разыгрывает ли она его, но она выглядела так, как будто имела в виду то, что хотела.
«Ты серьезно, не так ли?» - спросил он Саманту, отказываясь смотреть ей в лицо, когда она опустила глаза.
С трепетом он заключил ее в объятия, их губы соприкоснулись, но на этот раз это был его язык, исследующий ее рот. Он чувствовал запах шампуня, исходящий от ее волос, и духов, которыми она пользовалась. Он ощущал привкус алкоголя в ее дыхании и чувствовал тепло ее тела, прижимающегося к его телу. Через несколько секунд Саймон забыл, что это его сестра, когда его руки исследовали ее тело, изгиб ягодиц, стройность бедер и талии, и когда они двинулись вверх, он уловил выпуклость ее грудей. Саманта была более прямолинейна; она почувствовала увеличивающуюся выпуклость в его брюках, и ее рука направилась прямиком к ней. Саймон внезапно вздохнул, когда ее рука задвигалась вверх и вниз по его увеличивающейся длине. Когда они расставались, он знал, что то, что он чувствовал, было неправильным, но желание заняться любовью со своей сестрой было непреодолимым. Их дом был почти в пределах видимости, и, несмотря на его внезапное желание, разум подсказывал ему, что на улице в это время года определенно не место для каких-либо развлечений. Он просто надеялся, что их мать в постели и крепко спит.
Они оба были разочарованы, когда, вернувшись домой, обнаружили, что их мать все еще не спит и ждет их. Она задала все обычные вопросы: хорошо ли они провели ночь? Кто там был? Все ли было в порядке с Джиной? Убедился ли он, что она благополучно добралась домой? В конце концов, проводила их обоих до кроватей. Саймон разделся и улегся, прежде чем выключить прикроватную лампу. Его разум прокручивал события вечера. Он дважды поцеловал свою сестру. Второй раз по собственной воле, и даже подумывал о том, чтобы заняться с ней сексом. Ему потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться, но в конце концов ему удалось заснуть. Его сны были эротичными, и от того, что Саманта делала с ним, его член стал твердым и эрегированным. В комнате было темно, и что-то разбудило его, когда он вынырнул из сна. Он почувствовал руку,
Вечная игра или жизнь ?Moral Limit?