Я был так тронут ее красотой, что просто стоял, пока она не потеряла терпение и не начала задирать мою футболку. Выйдя из оцепенения, мне не потребовалось много времени, чтобы сбросить с себя одежду.
Поскольку мне было больно, мы двигались медленно и осторожно. Среднего роста, я был поражен тем, насколько она была подтянутой. Позже она рассказала мне, что уже три года не была с мужчиной, и единственное облегчение она испытывала от своих пальцев и ручки щетки для волос.
Эмоции и вожделение взяли верх, и я проигнорировала свою боль. Вскоре мы уже бились вместе в желании и нужде, достигая нашей взаимной кульминации с разницей в несколько секунд.
Мы расслабились вместе на несколько минут, прежде чем она прижалась ко мне и захихикала.
— Спасибо тебе, Тлалок. Я действительно почувствовала, как земля сдвинулась с места.
— Не за что, моя Чалчиухтликуэ. Спасибо, что пригласила меня в свой мокрый центр.
Я не мог видеть ее лица в темноте, но почувствовал, как она на секунду напряглась, прежде чем крепко обняла меня. Чальчиутликуэ была ацтекской богиней озер и воды и супругой Тлалока.
Мы занимались любовью еще дважды. Позже той ночью и первым делом утром.
Я никогда не видел, чтобы она так широко улыбалась, когда готовила нам завтрак из крепкого кофе и свежих фруктов. Я отвез ее, чтобы забрать Энджел и отвезти их на ланч.
Энджел сидела сзади и улыбалась нам. Улыбок, понимающих взглядов и откровенных ухмылок на лицах дам, присутствовавших на обеде, было достаточно, чтобы заставить меня задуматься о побеге. Все, что удерживало меня там, - это смертельная хватка Розалиты на моей руке.
*****************
Я и забыл, как это здорово - быть влюбленным. Рози и Энджел практически жили с нами. Энджел решила, что Джош ей больше нравится, как потенциальный брат, чем как бойфренд, и они почти всегда были вместе. Он оттачивал ее английский до такой степени, что она говорила лучше, чем Рози.
Мы ходили куда-нибудь всей семьей раз в неделю, а по субботам у нас с Рози были свидания. Энджел оставалась в моем доме в те ночи.
Я был влюблен и она была влюблена. Я сделал предложение. Она отказала мне.
Я был так потрясен, что некоторое время не мог говорить. Когда я наконец успокоился и она перестала плакать, я спросил ее почему.
— Я тебе не подхожу. Ты важный человек в этом городе. Я не знаю, насколько ты богат, но я знаю, что это немалая сумма. Тебе нужна воспитанная женщина. Кто-то, кто соответствовал бы твоему росту, а не бедная деревенская девушка, которая едва умеет читать и писать. Я стара (ей было двадцать семь), и я не могу родить тебе много детей. Мне нечего предложить.
Каждый раз, когда я чувствовал себя комфортно в этой стране, я испытывал шок.
Я взял ее лицо обеими руками, заставляя посмотреть на меня.
— Рози, детка, посмотри на меня. Мне все равно, если у тебя нет денег. Мне все равно, что ты деревенская девушка. Ты та, кого я хочу. Я люблю тебя и только тебя. И в твоем мизинце больше воспитанности, чем во всем теле этих городских притворщиц. Что касается детей, то ты уже подарила мне идеальную дочь. Было бы неприлично желать большего.
— Скажи, что присоединишься ко мне, Чалчиутликуэ, или земля содрогнется от силы моих слез.
Она начала безудержно плакать, но сумела, заикаясь, выдавить "да". Я уже купил кольцо и подобраа его размер. На следующий день за воскресным обедом она не сказала ни слова, просто протянула руку. Дамы целовали меня, а мужчины пожимали мне руку.
Медовый месяц. Измена