половые губки во внутрь, а потом так же выворачивая их наружу при выходе. Смотрели они друг-другу в глаза не отрываясь, словно на дуэли, стараясь даже не моргнуть. Во взгляде матери читалась смесь стыда, гнева, обиды и какой-то игривой лукавости. Гость же был сосредоточено строгим.
— Давай...давай...давай...сильнее. – Едва разборчива простонала она.
— Нравится на моём хую? Ухх-ыхх. Вот так! На кобылка, вот такс. Ухх. – Пыхтел он.
Ещё немного подёргавшись, он вышел с Оксаны и сняв её со стола, потащил к столешнице. Нагнув раком чужую жену, возле газовой плиты, мордатый быстро вправил свой писюн между ягодиц матери и с толчком прижался тазом. Ребёнком я заворожено смотрел на сие бесчинство, боясь даже моргнуть или вздохнуть. Ходящие ходуном мамины сиськи, дёргающаяся от вибраций её попка, красное и вспотевшее лицо от напряжения. Словно тяжело и долго работая, она вся красная, запаханная, глубоко и быстро дыша, старательно обслуживала чужого мужчину. Свою светлую чёлку поправляла или смешно пыталась сдувать со своих глаз. Однако ей удавалась это всё хуже, с каждой следующей минутой она всё больше потела. Волосы прилипали к лицу, кожа на спине лоснилась, красное платье скомкалось на пояснице.
Пристроившийся сзади матери дядя Валера, всё больше расходился распаляясь, подходя к своей кульминации. Ухватив сексуальную жену своего друга за волосы, задрал ей голову. Второй рукой отвесил пару увесистых шлепков об её задницу. В ответ роскошная блондинка взвыла и прошипела какое-то ругательство. Но ускоряющийся и тарабанящий её волосатый мужик, со скоростью отбойного молотка, не дал особой возможности поразглагольствовать. Расставляя по шире свои мясистые ножки, мама уперелась руками в стену над столешницей. Туловищем почти легла на поверхность, в надежде принять более устойчивую позу. Потом перед моими глазами всё замелькало, словно в ускоренной сьёмке. Как и пару дней назад, волосатый зад ночного гостя мелко задёргался и плотнее прижался к роскошным бёдрам неверной красотки.
— Блядь Валера! Аххх-Оххх-Аххх. Блядь ну не в меня! Вынь его быстрее! –
— Не могу...уффф...ыххх...не могу Ксюха. Пиздец как ты сжимаешь! –
— Ну просила же! Обещал...ох-ох-ох-ох. – Голосила мать, под шлепки и стоны.
Замерев, папин друг, наконец-то отцепился от широких бёдер чужой жены. Шлёпнув напоследок по аппетитной попке, он голый завалился на диван на кухне. Его писюн словно хобот смешно покачивался при ходьбе к нему. Половой орган был весь в любовных выделениях и подсыхающей сперме. С влагалища мамы просачивалась такая же белёсая жижа. Тех пару секунд, которые она ещё стояла в наклоне, мне хватило чтобы это разглядеть. Потом она распрямилась и повернулась с гневным лицом к нагловатому гостю. На этом моменте благоразумно поспешил ретироваться в свою комнату. Через стену я слышал, как Оксана вычитывала мужика, тот миролюбиво успокаивал её. Тон его голоса был ехидно довольным. Далее взрослые начали туда-сюда ходить по коридору, пока вскоре не зашумел кран в ванной и всё стихло на время. Обычно мама редко по долгу задерживалась в душевой, но в этот раз она была как никогда долго. Мне думалось что дядя Валера ждёт на кухне своей очереди, либо уже свалил. Подстёгиваемый любопытством я выглянул в коридор и убедился, что здоровые коричневые туфли, сорок пятого размера всё ещё стоят в прихожей. Хотел было прятаться обратно, как какой-то странный всхлип со стороны ванной насторожил меня. Осторожно проверив сначала комнаты, затем кухню и не найдя маминого ночного гостя, я приблизился к дверям в ванной. Прислонившись к дереву ухом, прислушался.
— Шлёп, шлёп, шлёп. – Доносилось оттуда вперемешку с булькающей водой.
— Ахх-охх-ахх-айй.Ай-ай-ай-ай. Натёр уже там, ахс-охх. – Приглушено и едва различимо, слышались стоны
Сладкое освобождение