его до предела, и он почувствовал, как его член извергается. Почти запоздало он вспомнил, что нужно указать вниз на своего друга. Первая струя украшала ее между горлом и грудью. Она так и не увидела, куда приземлилась вторая.
— Что?! Что тут происходит!? Черт возьми!?
Голос разнесся по всему залу, резонируя, как изречение Бога. Сердце Шона перестало биться, когда он одновременно развернулся к источнику, отчаянно пытаясь остановить свой оргазм и спрятать свой член обратно в шорты. В итоге он хаотично, прикрываясь руками и шорты, в то время как Доктор Веймер, смотрел непонимающе на сцену.
Шон, к счастью, мало что знал об их директоре. Однако, если бы его попросили порассуждать об истории этого человека, он бы предположил, что его родословная включает в себя несколько поколений сержантов-строевиков морской пехоты. Он был среднего роста, но сложен как бульдог. Он был достаточно стар, чтобы иметь седые волосы, если бы его голова не была выбрита наголо. Даже с такого расстояния, когда директор стоял за кулисами сцены, Шону показалось, что он видит, как на его лысой макушке пульсируют вены. Вся его поза была прямой и дрожащей.
Все остальные поспешно одевались, испытывая такой же ужас, как и он сам. Для Энди и Денби это был простой вопрос заправки или подтягивания. Юбка Вайды, однако, была свалена в кучу в нескольких футах от нее, и она пыталась одновременно прикрыться, натягивая ее обратно одной рукой. Затруднительное положение Лизы было совершенно на другом уровне: вся ее одежда была где-то на сиденьях зрительного зала. Это было почти неуместно рядом с ее компрометирующей позой и залитым спермой телом. Его собственное смущение почти исчезло, когда он подумал о ее состоянии. Она явно хорошо знала директора, смотрела в его сторону, но, казалось, была ошеломлена бездействием. Доктор Веймер нерешительно шагнул дальше на сцену. Казалось, он собрал все свое недоверие настолько, чтобы произнести связное предложение.
— У меня даже слов нет. Я даже представить себе не мог, что это кто-то из моих худших нарушителей спокойствия. Но вас пятеро?
Шон шагнул вперед в символической попытке заслонить Лизу от взгляда директора. Она тем временем села и обхватила ноги руками.
— Извините, сэр, - сказал Шон.
Это прозвучало жалко, но он чувствовал, что должен что-то сказать. Должен ли он попытаться объяснить? Да, как будто это могло чему-то помочь. С тех пор как он заговорил, пристальный взгляд директора остановился на Шоне.
— Оденься, прибери этот беспорядок и подожди в офисе, пока я не приду. Посещение не является обязательным, если кто-то из вас считает, что шансы на то, что вы закончите школу вместе с остальным классом, ничтожно малы.
О, черт. Шон знал, что это гораздо хуже, чем просто встретиться лицом к лицу со своими родителями. С его родителями, особенно с мамой, можно было бы справиться. Он беспокоился о других, их семьях и будущем.
— Да, сэр, - сказал он, вторя одобрительному бормотанию остальных.
Они молча оделись, пока директор не спустился со сцены. Как он узнал о них, было выше его понимания. Шон сомневался, что директор просто наткнулся на них, а это означало, что учитель или ученик, вероятно, видели, как они прокрались в аудиторию, и сообщили о них. Хотелось надеяться, что они тоже не были свидетелями происходящего. Если бы это был студент, мельница слухов пришла бы в неистовство.
Шон и Энди оба спрыгнули со сцены, чтобы найти одежду Лизы, в то время как Денби достала из своей сумки салфетки, чтобы привести себя в порядок. Говорить ничего не нужно было, но Энди наконец нарушил молчание.
Лола