— Сжалься надо мной, пожалуйста, - воскликнула Джорджия.
— Почему я должна быть милосердна к тебе, женщина? - спросила Адресия. - Ты была тем, кто целенаправленно намеревался уничтожить хорошего, любящего, трудолюбивого человека. И ради чего? Деньги? Секс? Власть? Какое милосердие ты проявила к своему мужу? Ты была готова украсть то, на создание чего его семья потратила несколько поколений. Ты планировала украсть все это и уничтожить ради своих собственных эгоистичных желаний. Тем временем ты поставила своего мужа на грань голодной смерти. Даже когда ты была на пути в Париж, он был готов покончить с собой из-за тебя.
— Должна ли я раскрыть твои мысли миру? Смотри, - сказала она, указывая на большой экран позади себя. На экране была изображена Джорджия, обхватившая ногами Юджина. В нижней части экрана было еще одно окно со словами, прокручивающимися слева направо. Эти слова были собственными мыслями Джорджии, когда Юджин трахал ее.
— О Боже, это так приятно. Я не могу дождаться, когда приберу к рукам землю Роба. Я буду богата сверх своих самых смелых мечтаний, и я смогу делать это постоянно. Может быть, к тому времени Роб уже будет мертв. Я надеюсь, что это будет так. Тогда я смогу избавиться от этого ужасного дома и всего дерьма внутри него, - гласили слова, прокручивающиеся в коробке. Джорджия заплакала, и Роб с удивлением прочитал эти слова.
— Тебе нужно масло? - спросила она. - Очень хорошо, у тебя будет масло и все такое на веки вечные. – Она взмахнула мечом и Джорджия исчезла.
Роб посмотрел на телевизор, гадая, куда она делась. На экране появилось лицо Адресии.
— Где она? - спросил он. Адресия улыбнулась.
— Иди, посмотри на портрет в кабинете дедушки, - сказала она. Роб вошел в кабинет и посмотрел на старый портрет на стене. Сначала он не увидел никакой разницы, поэтому присмотрелся повнимательнее. И тут он увидел это. У ног женщины стоял большой горшок. Под ним горел огонь, а внутри горшка была обнаженная женщина, кричащая от боли. Он присмотрелся к женщине повнимательнее и увидел лицо Джорджии, искаженное агонией.
— Она хотела масла, - сказала Адресия. - И теперь это будет у нее на всю вечность.
Пока Роб обдумывал то, что сказала Адресия, зазвонил его телефон.
— Алло, - сказал он, отвечая на звонок. Ответил взволнованный голос его адвоката.
— Роб, ты не поверишь в это, - сказал он.
— Что? - спросил Роб.
— Судья Харкин изменила свое решение. Она полностью изменила свое сегодняшнее решение и удовлетворила твой развод. Она также отменила замораживание твоих активов и направляет тебе личное письмо с извинениями. Ты можешь в это поверить? Я никогда не видел, чтобы она делала это раньше, - сказал он.
— Ты имеешь в виду... - начал Роб, глядя на Адресию.
— Да, Роб, все кончено. Ты победил, мой друг. Я не знаю, что случилось, что заставило ее передумать, но ты победил, - сказал он.
— Спасибо, - сказал Роб, плача. Он повесил трубку и заплакал горячими слезами. Наконец-то, подумал он, все кончено. Он посмотрел на Адресию. Она улыбнулась, и он почувствовал, как она коснулась его лица. Боль мгновенно прошла.
— Помни, - сказала она. - Я всегда буду с тобой.
— Пожалуйста, - сказал Роб. - Ты сказала, что была старым другом семьи. Как... - начал он.
— Твой дедушка обратился ко мне за помощью много лет назад, когда нефтяные бароны попытались украсть его
СЛУЧАЙ НА ГРАНИЦЕ