был выброшен вместе с потоком комбинированной семенной жидкости. Внутренности Дарьи Петровны на мгновение почувствовали, как спущенный мочевой пузырь или шарик. Из полностью растянутого состояния все, что было внутри нее, выплеснулось наружу и оставило у нее ощущение пустоты, но удовлетворения за пределами ее самых смелых мечтаний. Ее оргазм все еще разрывал ее волнами, которые заставляли ее вздрагивать с головы до ног, затем успокаиваться, а затем снова вздрагивать. Она все еще была в кульминации, когда Степан очистил ее возбужденные половые губы и клитор.
Прикосновение его языка потрясло ее и было невыносимым. Она упала вперед и плашмя на лицо, измученная и сытая. Спать на кровати было невозможно; Их соки пропитались насквозь. Каким-то образом она собрала достаточно энергии, чтобы лечь на диван стоящий в углу спальни и свернуться в позу эмбриона, но не раньше, чем она прижала пса к своей груди и поцеловала его в губы в знак благодарности и любви. Завтра пёс будет дежурить, работая на Дарью Петровну в качестве ее глаз, направляя ее в ее путешествии по оживленным улицам, автобусу и магазинам. Он неизменно проводил ее в офис, где она работала, умело избегая давки людей; останавливаясь на пешеходном переходе, пока на указателе не вспыхнул зеленый свет. Это было партнерство, которое несло в себе особую связь между женщинами и собакой, несло в себе тесную связь общего понимания и непоколебимого товарищества. Но ночью Степан должен был быть ее любовником, ее хозяином, ее другом и родственной душой. Дарья Петровна всегда будет его любовницей и всегда будет готова принять его настойчивую любовь к ней....
Тщательный обыск письки и задницы