и меня начало покалывать от волосков, которые, казалось, встали дыбом у корней, до пальцев ног, которые были скручены и согнуты. Когда он кончил в свой презерватив, глубоко внутри моей киски, я почувствовала его пульсацию и спазмы его члена, и болезненно приятное чувство захлестнуло меня, когда я испытала самый великолепный вагинальный оргазм в моей жизни.
Мне показалось, что я потеряла сознание, и, возможно, так оно и было, а когда я пришла в себя, мой брат лежал передо мной, поглаживая мою грудь и говоря мне, какая я красивая и сексуальная.
— Мы действительно только что трахались? - прошептала я, глядя на его пальцы, дразнящие мой сосок.
— Ты была потрясающей... твоя киска такая чертовски тугая, - сказал мой брат.
— Только потому, что ты такой большой, - ответила я, глядя вниз на его член, который был длинным, толстым и все еще твердым.
— Очевидно, две вещи, которые я унаследовал от папы, - это его залысины и размер члена, - поддразнил он.
— Ты видел папин член? – спросила я.
— Никогда не было трудно, но мы много раз переодевались в одной комнате. Его размер произвел на меня сильное впечатление, когда я был молод и мой пенис был маленьким, - объяснил он.
— Думаю, я видела мамину киску, если ты так ставишь вопрос, - ответила я.
— Осмелюсь спросить? - сказал он и, казалось, уделил мне больше внимания.
— Ты только что закончил трахать свою сестру, и тебе интересно, на что похожа киска твоей матери? - поддразнила я.
— Я не должен был признаваться в этом... но когда я был подростком, меня все время заводили мысли о маме, - признался он.
— Какого рода мысли? – спросила я.
— Сексуальные мысли, - беспечно сказал он.
— Да! Но какого рода сексуальные мысли? – спросила я.
— Сейчас мне немного стыдно за это, но я все время думал о том, чтобы трахнуть ее, - объяснил он, - но тогда, когда я был в этом возрасте, я думал о том, чтобы трахнуть каждую женщину.
— Ты думал обо мне? - спросила я, обнаружив, что мне любопытно.
— Ты была слишком молода и слишком худощава, - сказал он, и я знаю, что он был честен, поскольку я начала развиваться только в последние годы учебы в средней школе. Я подозревала, что именно мое позднее развитие породило во мне неуверенность, которая заставила меня захотеть вцепиться в своего парня и удержать его навсегда.
— Что мы теперь будем делать? – спросила я.
— О нас? – спросил он.
— О том, что мы только что сделали, - ответила я.
— Что ты хочешь сделать? - спросил Джефф.
— Может быть, нам следует забыть, что это вообще произошло? - предложила я, поскольку мой брат все еще гладил и исследовал мою грудь.
— Я мог бы притвориться, что этого никогда не было, но я обещаю тебе, что никогда не забуду, как это произошло, или как хорошо это было, - ответил он.
— Ты бы никогда никому не сказал, не так ли? – спросила я.
— Что я выиграю, если расскажу кому-нибудь, что трахал свою сестру? – ответил он так, словно не мог поверить, что способен на такое коварное поведение. - Если ты больше никогда не захочешь этого делать, просто скажи мне, и я больше никогда к тебе не прикоснусь, - прошептал он свое заверение.
— Прежде чем я приму решение, о котором, возможно, всегда буду сожалеть, не мог бы ты еще раз полизать мою киску? - застенчиво спросила я.
Елена Викторовна