Ее кожа ощущалась горячей у моего рта, когда я накрыл одну из ее великолепных сисек, втягивая сосок как можно глубже. Как будто это было самое естественное, моя правая рука снова проникла в нее, а левая рука, действуя по-своему, занялась любовью с другой ее грудью.
Одна рука была внутри ее киски, другая сжимала сосок, а зубы ее отца сжимали другой бутон, было чудом, что Эми продержалась столько времени, прежде чем снова испытала оргазм. На этот раз выделений было больше, чем в предыдущие, и держалось дольше.
Я подождал, пока она закончит, затем вытащил свою мокрую от выделений ладонь и потер ею ее декольте и грудь. Затем я атаковал сиськи с новой силой, мои облизывания и покусывания были настолько интенсивными, что Эми начала кричать, чтобы я остановился. Но я знал, что это последнее, чего она хотела – черт возьми, я бы не остановился, даже если бы моя жена ворвалась к нам в тот момент.
Когда я поднял лицо после более чем десяти минут лакомства на ее груди, Эми тут же протянула руку и обняла меня. Наши губы встретились, и я подумал, что она была так же рада ощутить мой вкус, как и вкус себя на мне. Мы не потеряли никакой мягкости, когда мы бесстыдно прижались ртами друг к другу, страсть взяла верх над приличиями.
«Трахни меня, папочка!» моя дочь почти кричала мне в лицо. «Трахни меня своим членом! Наполни меня своей спермой, папочка! Дай мне ее, черт возьми. Трахни свою дочь».
Я встал между ее ног и перекинул их через плечо. Нижняя часть ее туловища висела в воздухе над краем гладильной доски, ее дырочка была готова приветствовать меня в горячем теле моей дочери. Мой член был готов к ядерной атаке, и с единственным криком «Джеронимо!» Я взяла свою дочь.
Я никогда никого не трахал так яростно, как свою дочь. Выражение ее лица чередовалось между похотью-болью и похотью-жаждой, пока я врывался и угасал внутри нее. Несколько раз я погружался в нее по самую рукоятку, кожа ее матки царапала мой стояк - я был так глубоко внутри нее, что даже мои лобковые волосы были втянуты.
Внезапно вспомнив, что она не принимала таблетки, я начал вынимать. Каким-то образом Эми поняла, что я собираюсь сделать. Она быстро спустила ноги с моих плеч и обвила ими мою талию, плотно заключив меня внутри себя. «О нет, ты не понимаешь», - простонала она сквозь стиснутые зубы. «Я хочу, чтобы ты кончил в меня... наполни меня, папочка! Я вся твоя».
Я громко застонал, почувствовав, как ускользают последние остатки контроля - я всадил в нее всю свою порцию, плотное прилегание моего члена к ее входу действовало как штопор, удерживая мои мощные вещества внутри ее плодородной киски. В один миг все прояснилось - я вздрогнул, осознав, что натворил.
Высшее табу – наш ребенок, рожденный от похоти и инцеста!
Я рухнул у подножия стола, и моя дочь соскользнула со мной, устроившись на мне, а мой член все еще пронзал ее женственность. Лишь немногим белым веществам удалось вытечь наружу; Засыпая, я представил, что остальные маленькие головастики уже делают свою работу.
Я проснулся от ощущения, что меня высасывают досуха, и, глядя на свою промежность, был рад увидеть, что не ошибся. Эми обхватила ртом мой член, возможно, это была какая-то реанимация, чтобы вернуть его обратно, и я поблагодарил ее. Я ожидал, что она будет продолжать сосать, пока я не кончу, но она просто ухмыльнулась мне, прежде чем сесть на мой стояк. Я снова почувствовал границы ее
Туалет, грязный секс