кончик языка, пояснила Роксолана, - за неимением хны, решили с маркером эксперимент провести.
— Круто! – хозяйка лёгкими прыжками заскочила на кухню, где вся мужская часть компании сосредоточенно склонилась над смартфоном, наблюдая какие-то дёрганные кадры рыбной ловли. Убедившись, что с пиццей окончательно покончено, она достала из холодильника запакованный гамбургер, бросила его в микроволновку, и убежала в спальную. Здесь она открыла припрятанным ключом платяной шкаф, выбрала в куче смятых вещей своё платье и торопливо нащупала в кармане стеклянный пузырёк. Открыв зубами пробку, опрокинула капли прямо в бутылку с вином.
— Вот, дьявол, - выругалась она, понимая, что, возможно немножко переборщила. Но решила, что лучше больше, чем меньше.
Убрав вещи в шкаф и, заткнув бутылку пробкой, блондинка снова отправилась на кухню.
— Представляешь, всё сожрали, сволочи! – обиженно сообщила она Ане, вернувшись на балкон, - но, у меня запасов много. Держи.
Она сунула девушке в руку обжигающий, только что разогретый, гамбургер и забрала сигарету.
— М-м-м-м! Какая вкуснотища! – похвалила Аня и с голодухи откусила сразу огромный кусок, с трудом помещающийся во рту.
Виктория уселась на лавочку, закинув нога на ногу. Она прищурилась, глядя на закат, и задумчиво затянулась.
— Сначала они заставили меня танцевать для них стриптиз и раздеваться, - блондинка продолжила начатый в ванной разговор, - потом усадили на колени, и стали мацать за сиськи и ляжки. Задавали вопросы дурацкие. Их интересовало замужем ли я, давно ли, есть ли дети, как часто муж меня дерёт, трахал ли он меня в жопу и тому подобные гадости. Я тогда была не столь испорчена, поэтому ужасно смущалась. После допроса, меня усадили на пол и заставили делать им парный минет, - Виктория зажмурилась, - Как сейчас помню. У хозяина был небольшой такой, толстенький и аккуратный, сантиметров тринадцать, наверное. А у второго подлиннее, но какой-то сгорбленный, загнутый, как крючок, и с белыми пигментными пятнами на коже.
Вика усмехнулась, погружаясь в вспоминания.
— Я тогда так перепугалась, что не заметила, как возбудилась. Они тыкали мне своими сосисками в лицо, засовывали в рот, лупили по щекам, называли сучкой... и ещё много как называли. Потом гость, ушел отлить, а хозяин обхватил мою голову, просунул член в губы и начал трахать. Я шире раскрывала рот, опасаясь задеть его зубами и разозлить. Только губы свела покрепче. И тогда он кончил. Это было так противно. Горькая и теплая гадость заполнила рот, и он не давал мне выплюнуть всё это, заставив глотать. Потом дал запить стаканом коньяка. Я сразу поплыла. Тут уже вернулся гость. Он бросил меня на кровать раздвинул ноги и начал трахать. Я уже говорила, что потекла ещё во время минета. Этот факт их дико развеселил. Они опять принялись обзывать меня мокрощёлкой, сучкой, грязной шлюхой. Я была пьяная и уже ничего не стеснялась. Мне вдруг стало хорошо. Потом у первого опять встал. Они поставили меня раком и трахали в рот и пи...ду. Хозяин сказал, что я хорошо сосу и тогда гость пристроился ко мне спереди, и тоже кончил в рот. Хорошо хоть глотать не заставил. Продолжалось всё это часа два. Они периодически останавливались, чтобы выпить и поболтать. А я лежала и ждала.
Виктория Николаевна замолчала, затягиваясь.
— Ужас, Вик. Ты рассказываешь какую-то дичь! Даже не верится, что такое могло быть с тобой на самом деле.
— Было, было, - выдохнула дым хозяйка, - Самое интересное, было дальше. Когда хозяин нажрался и заснул, я уже немного протрезвела. Но чем больше я трезвела тем больше возбуждалась. Причём, не понятно даже из-за чего. Я вспоминала, что
Новые границы