постели. Раньше мне и в голову не приходило задаваться этим вопросом. Это было настолько естественно, что я не задавался вопросом, как будто ее место в моей постели рядом со мной. Но теперь я спросил:
— Что ты делаешь здесь, а не там?
— О, я пришла проведать тебя минут двадцать назад. Ну, знаешь, чтобы убедиться, что ты все еще дышишь после пяти часов и не умер от чрезмерного перетраха.
Она мило хихикнула.
— Судя по всему, я еще дышал.
— Ты выглядел таким умиротворенным, что мне захотелось посмотреть, как ты спишь, и я осталась рядом.
— На двадцать минут?
— Я изучала твое лицо на свету.
— Точно. Должно быть, я был так красив с открытым ртом и вытекающей слюной.
Она снова хихикнула.
— У тебя не текли слюни, но ты очень красив.
— Я довольно средней внешности.
— Хватит скромничать. Для меня ты великолепен.
— Ты великолепна для меня.
— Лестью ты добьешься всего.
Она наклонилась вперед и быстро поцеловала меня, но не попыталась ничего начать, а опустила голову на подушку рядом со мной. Мы двое просто смотрели друг на друга в течение минуты, не торопясь говорить, прекрасно чувствуя себя в тишине, держась за руки и наслаждаясь этим простым прикосновением.
Я хотел бы чувствовать себя так всегда.
— Эй, что ты хочешь делать завтра? — тихо спросил я.
— Хм? Завтра мы едем домой.
— Я имел в виду ночью, после того, как мы вернемся домой. Или даже на следующий день. Или послезавтра.
— К чему ты клонишь?
— Сейчас зимние каникулы. У нас нет занятий. В КБС нет конкретных планов, когда мы снова встретимся.
— О, мы встретимся снова. Даже если ты сегодня выебешь Сэм все мозги, она захочет, чтобы ты сделал это еще раз через пару дней. То же самое касается и всех остальных.
— Я знаю, но я не имел в виду секс. Я просто… — Я вздохнул. — Я просто хочу быть с тобой. Вот так. Расслабиться. Разговаривать.
— Да, конечно, — согласилась Белль. — Я приду утром.
Я глубоко вздохнул, обдумал, что хотел сказать, и в конце концов не придумал ничего лучше, чем:
— Я вообще-то надеялся, что завтра ты сможешь провести со мной ночь.
Белль была освещена ночником, поэтому я не мог хорошо разглядеть выражение ее лица, но я видел ее нерешительность. Прежде чем она успела ответить, я начал извиняться:
— Прости. Это была глупая идея.
— Нет, вовсе нет. Я просто… немного удивилась, вот и все.
— Значит, ты не против этой идеи?
Белль усмехнулась.
— Ты только что оттрахал всех нас пятерых — ну, не Зофи, но ты понимаешь, о чем я — и у тебя еще один секс втроем в ближайшие пару часов, а ты уже пытаешься подобрать партнершу для завтрашней ночи?
— Что? Нет. Речь действительно не о сексе. Мы даже не обязаны заниматься им, если ты не хочешь.
Белль фыркнула.
— Ты думаешь, я проведу с тобой ночь и не займусь сексом?
— Ну… Я бы не хотел предполагать.
— Ты иногда такой идиот.
— Извини.
— Сэм права. Ты слишком часто извиняешься.
Я прикусил губу, чтобы не сказать "извини" еще раз. Вместо этого я сказал:
— Привычка. Я потратил годы, пытаясь сохранить границы, которые вы, девочки, всегда ставили передо мной. Извинения стали автоматическим способом выглядеть неугрожающим и заставить вас всех чувствовать себя в безопасности рядом со мной.
— Наверное. Но нам придется поработать над этим.
— Принято к сведению.
Белль вздохнула, и я дал ей немного времени подумать. Наконец, она тихо сказала:
— Ты знаешь, почему я не могу остаться на ночь.
— Твоему отцу было бы интересно узнать, почему ты осталась.
Анюта.Как всё начиналось