хуя не поверишь! Кто она!?» Я уже понял, о ком они говорят, когда третий голос подтвердил мои догадки: «Антошина мать»
«Ни хуя себе! Ну и блядь!»
Четвертый голос спросил: «Я не видел - что там было-то?»
«Она сидела в четвертом ряду, прямо за скамейкой запасных, одетая в мини-юбку и на ней не было трусов!»
«Да, вся пизда была видна! Волосатая!»
«Ты видел пару мужиков в первых рядах? Они практически не смотрели на матч – все время пялились под юбку Антоновой мамки. Я не знаю, кому она это показывала – нам или им.
«Я первым это увидел. Наверное, она хотела меня!»
«Нет, меня – она еще улыбнулась мне и пошире ляжки раздвинула!»
«А какие у нее титьки!»
«Да! Я бы ей вставил!»
«Я тоже!»
Мы вышли играть следующий период. За стеклом, по правую руку от поля сидела мама, в джинсовой юбке. Она действительно, позволила ей сбиться, демонстрируя всем свои длинные обнаженные ноги. Большинство пап сидело в первых трех рядах, а мамы – в четвертом или выше, так что они не могли заметить ее маленького шоу.
Я сидел в конце скамейки и не имел возможности заглянуть маме под юбку. Но все мои товарищи по команде, равно как и родители в первых трех рядах имели такую возможность – и с удовольствием ей пользовались. Мама сидела, как ни в чем, ни бывало, болтая с соседками.
Еще недавно, это было бы жутко унизительно для меня – мои товарищи и их родители могут любоваться маминой пиздой. Но сейчас, во-первых, я уже немного привык к ее блядским повадкам, а во-вторых – я понял, что меня возбуждает эта ситуация, в которой целая толпа народу смотрит маме под юбку и горячо желает ее трахнуть. Бля, но я-то еще не видел ее пизды! И я хотел исправить это упущение.
После игры мы поехали домой, с моим товарищем по команде Костей и его отцом. Мы с мамой сидели на заднем сиденье, Костя на переднем пассажирском, а его папа за рулем. Было еще светло.
Костин папа был помощником тренера – и, естественно, сидел на матче в первых рядах, прямо перед маминым креслом. В машине он повернул зеркало заднего вида так, чтобы можно было смотреть на маму. И мама постаралась, чтобы ему было на что посмотреть. Юбка была высоко задрана, а ляжки – широко разведены.
Не только папа любовался маминой пиздой, Костя тоже оборачивался время от времени. Он пытался поддерживать разговор с мамой или мной – но глаза его постоянно косили под юбку. Блядь, только я не имел возможности полюбоваться ее пиздой. И я не мог даже высказать своего возмущения по поводу происходящего.
***
Дома я подошел к маме, готовящей для нас обед? «Что за шоу ты устроила сегодня!»
«Какое шоу!?»
«Не одела трусы. Об этом сегодня вся раздевалка говорила» «А что я могла сделать. У меня трусы испачкались, и мне пришлось их выбросить. Мне жаль, что твои товарищи заметили это – но я не обратила на это внимания. Я уверена, что не все это заметили!»
«Я думаю, большинство»
«Как много? Что они говорили?»
Казалось, маме не терпится это услышать. Я повторил то, что услышал в раздевалке, плюс то, какими глазами на нее смотрели игроки и их родители. Ее лицо покраснело и она принялась подробно расспрашивать меня: «он в самом деле так сказал? Он сказал, что вставил бы мне? Кто еще на меня смотрел?» и так далее...
«Ты смотрел на меня?»
«Нет, не было возможности. Но ты знаешь, что я хочу посмотреть!»
«Ммм», пробормотала мама.
«Ты хочешь, чтобы папа услышал это от меня – или от
Спровоцированное насилие