хотят пофлиртовать. Это безобидно – но позволяет мне сохранить работу. Я уверена, что в папином офисе тоже случаются такие вещи»
«Мама, это был не легкий флирт. Ты позволила ему ласкать свою грудь!»
«Ну, он чуть-чуть пощупал меня. Это же не измена!»
Я опять выложил «отцовскую» карту. «Ты думаешь, папа будет также считать, если я скажу ему об этом?»
Мама тяжело выдохнула: «Антон, не надо, сынок. Пожалуйста, не говори папе.
«Почему?». К этому времени у нас уже установилась модель взаимоотношений. Я видел, как кто-нибудь что-нибудь делает с мамой – и тоже делал с ней это, в обмен на свое молчание. Но показать себя в нижней белье, или дать пощупать свою попку, или поцеловаться – это не тоже самое, что дать сыну поласкать свою грудь. Мама посмотрела на меня.. . и обнаружила, что я гляжу на ее грудь.
«Нет, ЭТО – неправильно», произнесла она, и мы оба поняли, что «ЭТО» она имела ввиду. Она продолжала ехать, глядя прямо вперед, пока я раздумывал, что сказать.
Наконец, я ответил: «Может быть, предоставим папе решать, что правильно, а что нет?»
Мама в глубоком раздумье продолжала ехать домой. Неожиданно, она резко повернула, свернув с основной трассы в лесной проселок. Не говоря ни слова, мама расстегнула страховочный ремень, расстегнула блузку, распахнула ее и повернулась ко мне.
Под блузкой я увидел красный свитер Я до конца не верил, что она позволит мне сделать это! Коснувшись мамы правой рукой, я провел ей по ее коже, коснулся левой груди и сжал ее!
Лифчик был ОЧЕНЬ тонким. Он состоял из тонкой воздушной ткани, без какой-либо набивки, так что я ощущал под ладонью именно мамину титьку. Не встречая возражений со стороны молчащей мамы, я положил левую руку на ее правую грудь, и жадно начал месить эти роскошные булки. Под тканью явственно ощущались напрягшиеся соски. Я начал крутить их между пальцами сквозь ткань – и мама непроизвольно вздохнула, по-прежнему ничего не говоря. Но уголки ее губ подергивались, как будто она старалась сдержать улыбку.
Наконец, мама выгнула спину и застонала. Я продолжал жадно мять мамины груди, сжимая и приподнимая их.
Правую руку я сунул в вырез свитера, пытаясь добраться до чашечки бюстгальтера, но мама со словами «Хватит, достаточно», схватила меня за запястье.
«Но Петр Иванович делал это!»
«Нет, не делал!»
«Нет, делал!»
«Ну, хорошо, делал – но ты недолжен этого делать!», произнесла мама. Она улыбнулась при этом – но все равно оторвала от себя мои руки и застегнула рубашку. Пристегнувшись, она завела машину и мы поехали домой. По пути мама начала спрашивать меня об успехах в школе – но мне было не до этого. Перед моими глазами стояло зрелище маминого шефа, щупающего ее груди. Я не мог забыть собственные ощущения, когда мои руки мяли это роскошное вымя. Господи, какая же она блядь!
Глава 5. Голая мамина попка.
Я заболел гриппом, возможно, заразившись от младшей кузины, и остался дома на вторник. Мама работала по сокращенному графику, но осталась дома на весь день. Утром, когда она пришла проведать меня, я лежал на кровати. Я слышал, как она поднимается по лестнице и подходит к моей двери, в своей мешковатой пижаме. На вопрос «как я себя чувствую», я промямлила «хорошо»
«Ты собираешься спать все утро?»
«Да», ответил я.
«Отлично. Сегодня должен прийти водопроводчик – я буду ждать его наверху» Я подрочил, представляя, как мама спускается ко мне, и мы трахаемся.. . но это были лишь мечты. Потом я задумался о том, чем мама будет заниматься с водопроводчиком – и представил себе, как они флиртуют. Немного спустя, я услышал
В простонародье, шлюха