«Хорошая мать - храбрая. Хорошая мать - смелая. И я именно такая».
— Привет, Тедди - Пенелопа сжала руки в кулаки, потирая обручальное кольцо под левой перчаткой.
Она черпала силы в том, что оно было рядом. Это было почти то же самое, как если бы Феликс был рядом с ней.
В этот пугающий момент ей было необходимо присутствие мужа.
— Я бы хотела, чтобы ты прогулялся со мной и Корой.
— Нет, спасибо - Теодор покачал головой, разглядывая свою мать. Ее блестящие черные волосы были идеально уложены. На ней были перчатки, лиф и юбка с приглушенным, мшистым узором, который подходил к цвету ее глаз. Точнее, под их общий [сына и матери] цвет. Из-под юбки виднелись пальцы ее ног. На ней были плотные черные носки. Она не накрасилась, но это было для нее обычным делом после отъезда отца.
— Пожалуйста, не сердись на меня, но я вынуждена настаивать - Пенелопа вздрогнула - Ты должен пойти на прогулку.
— Хм, я тоже вынужден настаивать - Теодор повысил голос. Он встал и указал на дверь.
— Уходи.
— У меня тоже есть потребности, Тедди - Хорошая мать тверда со своим сыном - Мне нужно быть хорошей женой и матерью. Мне нужно наладить наши отношения. Я знаю, что это я их испортила. Но ты должен дать мне шанс. Мы можем снова быть близки. Как когда-то. Помнишь, как ты всегда ходила за мной по пятам, когда был маленьким? Как ты прятался под моими юбками? - Она храбро боролась со слезами, которые грозили вырваться наружу. Ее руки в перчатках сжались в кулаки. Она оглядела его с ног до головы. На нем были носки, брюки, рубашка была расстегнута и застегнута лишь частично. Из-под нее виднелась безволосая грудь и часть замечательного вальяжного живота.
Выйдя из комнаты Теодора в коридор, Уинифред заняла привычную позицию, готовая принять хозяйку, как только из комнаты с рыданиями выбежит Пенелопа. Она молча ждала.
В комнате Теодор дрожал от гнева.
— Я теперь мужчина. Мне девятнадцать лет. Я больше не буду прятаться под юбками матери. Никогда больше - Он поднял книгу и швырнул ее в стену, где она с треском сбила на пол вставленную в рамку гравюру с изображением самолета - Почему ты не оставишь меня в покое?
— Ладно. Обстановка накалилась. Я просто хотела нормально прогуляться и поговорить - Голос Пенелопы был полон мольбы. Она все еще сдерживала поток жидкости - Пожалуйста, пойдем со мной.
— Ты что, оглохла? Убирайся к чертям собачьим! - Он шагнул к ней, словно готовый к насилию, однако он никогда бы не причинил ей боли. Не в таком ключе.
Пенелопа зеркально повторила его движение, сделав шаг навстречу. Она не позволила ему разрушить их связь гневом.
— Хорошая мать - храбрая. Хорошая мать - любящая. Хорошая жена предугадывает потребности своего мужа. Хорошая мать тверда. Хорошая жена никогда не оставит своего мужа наедине с собой. Хорошая мать делится со своим сыном. Хорошая мать делает своего сына счастливым - Ее тело содрогнулось. Знакомое трио: переворот в животе, потение ладоней и пульсация влагалища; сильно поразило ее.
— Да ты с катушек съехала. Вот что случилось? Неужели Реджинальд прав? - Теодор кричал так громко, что сотрясались оставшиеся рамы на стенах - Ты сбежала со своим дилером, покувыркалась с ним два года и вернулась, когда у него закончились запасы?
— Нет... я бы никогда. Я хорошая жена и мать - Она сделала еще один шаг к нему, в ее голове крутились мысли. Я храбрая. Я верная. Я полезная. Я служу - Я
Как стираются грани (часть 2)