тем не менее сразу же схватил все у меня там в горсть и передвинул ладонь ниже, что мне пришлось раздвинуть ноги. Или тебе там не нравится?
— Ну, что вы?! Мне это очень нравится, - поспешно сказал Демидов и стал нежно гладить лоно своей учительницы. - У вас такие мягкие волосы там.
— Да, я заросла уже там до безобразия. Ничего, я приведу себя в порядок и, думаю, что тебе так больше понравится. А сейчас дай мне встать и принять душ.
— Ой, можно я первый сбегаю? А то уж очень хочется.
— Давай тогда ты будешь первым. Возьми в шкафу на третьей полке любое полотенце, - она указала на стоящий в спальне шкаф.
Демидов вскочил с постели, не особо стесняясь своей наготы, достал полотенце и убежал в ванную. Там он сделал все нужные дела и быстро принял душ. Особенно тщательно он вымыл свой член, который вчера сослужил ему верную службу. Менее чем через десять минут он остановил воду и стал вытираться. Демидов постеснялся опять ходить голым. Поэтому он обернул полотенце вокруг своих бедер и вышел из ванной.
Галина Алексеевна, одетая в свой халатик, хлопотала на кухне.
— Как ты быстро справился! - удивилась она. - Сейчас я сварю тебе кофе и доделаю бутерброды на завтрак. А потом сама тоже приму душ.
— А давайте сделаем немного по-другому? Вы идите в ванную, а я сварю кофе и сделаю бутерброды для нас обоих.
— Ты все сможешь сделать? Тогда кофе я уже смолола. Джезва и сахар в шкафчике. Чашки и блюдца тоже там же найдешь. Хлеб, масло, сыр и колбаса уже на столе. Дерзай! - Галина Алексеевна взяла махровое полотенце, лежавшее на табуретке, и ушла в ванную.
Она отсутствовала минут двадцать. За это время Демидов приготовил вполне достаточное количество бутербродов и варил кофе. Галина Алексеевна появилась на кухне.
— Какой ты молодец! - похвалила она юношу. - Все успел приготовить.
— Кофе уже почти готов. Еще минутку и пенка начнет подниматься.
Галина Алексеевна присела на табуретку у стола. Демидов стал разливать кофе по чашкам.
— Спасибо, милый! Ты все сделал за меня.
— Совершенно незачем меня благодарить. Я готов сделать все, только чтобы вам было приятно.
— Мне очень приятно, поверь.
И они стали завтракать. Демидов торопливо жевал бутерброды, запивая их кофе. Втайне он надеялся, что после завтрака они вернутся в постель.
— Оказывается, что я очень проголодалась. Видимо от того, что ты меня ночью совсем замучил.
— Замучил? - настроение юноши упало до нуля. - Вы хотите сказать, что мы уже не вернемся в постель?
— Какой ты у меня неугомонный! Опять хочешь меня?
— Безумно! Я еще хочу, чтобы вы меня научили... Научили, как и что надо мне делать, чтобы вам со мной было хорошо.
— Другими словами я должна продолжить твое растление? - в Галине Алексеевне вновь проснулась строгая учительница, но уже без всякого осуждения в голосе.
— Какое может быть растление, если я вас очень люблю? Вы все же более опытны, чем я. И по-моему это самый лучший вариант, если меня научит уму-разуму обожаемая мной женщина, а не первая попавшаяся мне. Не так ли?
— В общем ты конечно прав, - задумалась Галина Алексеевна. - Но понимаешь, что мне придется делать такие вещи, о которых мне сейчас даже думать очень стыдно?
— Зачем стыдиться, если я вас просто обожаю во всех отношениях? Или я вам совсем неприятен? - Демидов вновь впал в уныние.
— Ну-ну, мое солнышко! Если бы ты был мне хоть чуточку неприятен, то я бы направила наши отношения в обычное
?ДВА ПЕНСА? (Часть X)