Да так, ничего. Кое-что, над чем я работал во время долгого похода около месяца назад.
— Мне нравится. Это оригинально?
Я кивнул.
— У тебя есть слова побольше, чем тот хор, который ты все время бормочешь?
Да, но поделиться ими было трудно. Они были очень личными. Ронни ушел на пробежку и вернулся с гитарой из дома.
— У всех здесь есть гитара?
Он рассмеялся. - В этой семье, да?
Я провел его по аккордам куплетов и выбрал мелодию.
♫ Нет дома, куда вернуться
Нет цели, о которой я думаю.
Куда ты идешь
Когда тебя бросают
Любовь и предательство остались позади ♫
— Не самая счастливая песня. Знаешь, ты и вправду сука, - рассмеялся Ронни.
— Прости. Это было не самое лучшее лето для меня".
— Не нужно извиняться, помнишь? Я официант. Я понимаю.
♫ Потерянный в море без якоря
Лететь вслепую, не зная, где верх, а где низ.
Разбитое сердце, черное от злости.
Кто-нибудь, спасите меня, пока я не утонул ♫
Он работал со мной над музыкой и делал ее лучше. Казалось, ему это было легко, ведь я потратил десятки часов, играя с мелодией.
— Это Ньюф, знаешь ли, - сказал он.
— Ньюф? Как?
— Новый способ. Это смесь традиционного с современным. Что-то вроде Great Big Sea. Ты говоришь, что написал это перед приездом, да?
— Да, во время похода по Аппалачской тропе.
Он рассмеялся.
— Лишний раз доказывает. Ты чертов ньюф, нравится тебе это или нет. Почитай ньюфа.
У него получилось хорошее вступление, и нас прерывали еще только дважды. Я слышал, как голоса в помещении становились все более оживленными. В следующий раз, когда они отправили Джеффери, я сказал ему, что больше не буду отвечать на вопросы с пересохшим горлом. Он принес мне пива и ответил.
— Знаешь, нам придется сыграть это сегодня вечером.
— Сегодня вечером? Не думаю. Я не готов обнажить свою душу перед кем-то еще.
— Придется. Они захотят что-нибудь оригинальное. Ты не можешь играть одни и те же баллады столько раз. Поверь мне.
— Кто они? Еще одна кухонная вечеринка?
— Я знаю, я же говорил. По многочисленным просьбам мы возвращаемся в паб.
— Ты мне ничего не говорил, малыш.
Он посмотрел на меня в замешательстве.
— Я клянусь, что говорил. Прошлой ночью. Ты не был так далеко.
Если он и говорил, то я этого не помнил.
— Прости. Я не помню. Все было как-то суматошно.
Он усмехнулся.
— Без шуток. Я думал, что они точно запрут Джени в ее комнате, если она станет еще наглее. "Я хочу быть твоей девушкой!", - пел он.
Уверен, я покраснел.
— Я не пытался ее завести.
— Черт, мы это знаем. Это то, что есть. Так что еще у тебя есть, что мы могли бы сыграть?
Как оказалось, у меня была еще одна песня. По-моему, неплохая песня для паба. И совсем не такая заунывная.
И снова Ронни творил свое волшебство, хотя это заняло у него больше времени, и мы еще несколько раз прерывались. Тем не менее, когда он закончил, и мы сыграли ее несколько раз, я был удивлен, как сильно она изменилась. Как день и ночь. Я так ему и сказал.
— Дерьмо, - пробормотал он.
— Ничего особенного. Ты уже сделал все самое сложное, я лишь немного отполировал это"
— Так это правда, что ты можешь отполировать дерьмо?
Любой ответ с его стороны был прерван, когда снова появился Джеффери и сказал, что меня просят войти.
Как только я вошел, оба мужчины встали. Дядя Даррен протянул руку.
— Мы будем рады сотрудничать с тобой в этом деле, Хонор. Начнем, как только ты захочешь.
Приятная случайность. Часть 2