для нас. А со временем, Ленку привлечём к нашим женским забавам. Вот и будет полный комплект у нас. Остаётся вам с Ленкой переговорить со своими мужиками и получить согласие от них. Но я, уверена, что они не откажутся. Даже замуж можно не торопиться. Только уж налево не ходить никому. Словом, на той неделе соберёмся вместе и обговорим подробнее, Кому с кем и где. Но главное, это никакой ревности со стороны наших мальчиков.
– Что-то слабо я верю в твою идею, – усомнилась Валентина, поглаживая грудь Верушки.
– Погоди, Валюша, я принесу пару игрушек из нашего шкафчика. А где Наденька?
– Судя по голосам, у Димы в спальне, – предположила Валентина. – Сдаётся мне, что наша кормилица кого-то прикормила на стороне.
– С чего ты взяла? – удивлёно спросила Веруша.
– В бабкиной квартире постельное бельё часто меняется. Мы с Маркушей там не так часто бываем и следим за порядком. А мочалки в ванной каждый раз не на месте висят. Я, конечно, не возражаю, она женщина свободная...
– Интересно как!... А я рассчитывала в наших планах на эту квартиру, – озадачено произнесла Веруша, – что ж, придумаем что-нибудь.
– Не переживай, Верунь, мне ещё с Мариком надо решить, как он отнесётся к твоей авантюре.
– Хочешь, я сама поговорю с ним по этому поводу, вызвалась Верушка. – Только придётся ему сказать, что ты от него залетела. Думаю, что это его обрадует. Во всяком случае, кое-что прояснится в ваших отношениях.
– Делай, как считаешь нужным, – согласилась Валентина, – может ты и права, девочка.
– Ты со мной или мне одной с ним переговорить?
– Говори без меня. Сама начала нашу историю, сама и решай чем заканчивать.
Веруша поцеловала подругу и ушла на кухню к телефону. Набрав номер на диске телефона, она попросила позвать Марка.
– Маркушка, допрыгался, кот мартовский? Что теперь будем делать? Кастрацию или регистрацию?
– А кто говорит? - Послышался в трубке сонный голос Марка.
– Не узнаёшь, паразит? Валюшку мне обрюхатил и в невмену́ху решил податься?.
– Веруш, ты что ли? – Оживился Марик, – ну и шутки у вас в полиции. Что, ты городишь, чудачка? Правда что ли?... Почему Валентина сама не сказала? Я ведь давно ей говорил, что согласен жениться на ней хоть завтра, с ребёнком или без него.
– А вот она собирается сделать аборт.
– Только пусть попробует, коза упрямая!
– Это у неё от стресса, надо думать. Если в такой ситуации вообще можно о чём-то думать, – предположила Верушка, довольно улыбаясь.
– Я сейчас приеду, она дома?
– Не суетись, а то всё испортишь. Завтра приходи к Управлению, разговор есть. Уверена, тебя он заинтересует. Позвони мне по внутреннему номеру (23-50). Спросишь Куприянову Веру Павловну. Надумаешь смыться, тебя найдут. Всё, засранец, спокойной ночи.
В середине дня Верушу позвал к телефону начальник отдела:
– Куприянова, возьми трубку. С молодыми людьми служебный телефон долго не занимать, – строго предупредил начальник, передавая трубку Верушке.
– Товарищ капитан, а если парень замуж позовёт?
– Лейтенант, время пошло. Все неслужебные звонки после работы.
– Ало, – тихо произнесла Веруша в трубку, покручивая авторучку в руке, – Марик, ты откуда говоришь? Хорошо, жди в проходной. – она положила трубку на аппарат и вернулась за свой стол.
– Куприянова, ты же обещала жениху выйти на проходную, – напомнил капитан, проводив глазами, статную фигурку девушки, – ни какой веры женщинам нет.
– Это не жених, товарищ капитан – родственник, да и то будущий, подождёт.
– Жених может потерпеть и до вечера, а родственники и любовники ждать не должны. Сейчас перерыв на
Десять писем. Часть IV. Письмо десятое