намыленную попку, заполняя пальцы ее теплой, влажной плотью. Мой член пульсировал в ее руке, а в голове стучала отчаянная потребность засунуть член глубоко внутрь неё. Скользкий язычок Брук закружился у меня во рту, а между нашими настойчивыми поцелуями ее теплое дыхание обдавало мою верхнюю губу, заставляя мой член пульсировать в ее руке.
— Дэнни, трахни меня, — сказала она.
Ее слова прозвучали гулко, грудь быстро поднималась и опускалась. Она посмотрела мне в глаза и прислонилась спиной к стене душа, соблазнительно ухмыляясь.
— Не заставляй меня умолять об этом.
Душ зашипел, и вокруг нас поплыла стена пара. Зеленые глаза Брук сексуально сверкали, вызвая вирусные волны желания, отражающиеся в глубине моего мозга.
Ее влажные, светло-золотистые волосы прилипли к плечам и груди. Бледно-розовые соски заметно напряглись под моим пристальным взглядом. Она отпустила мой член и раскинула руки, упираясь ими в стены, дразня меня, чтобы я подошел и отымел ее.
Я шагнул вперед и подхватил ее ногу под крепкое бедро, поднимая ее с пола душевой. Продвигаясь между ее ног, я скользил набалдашником по ее нежно-розовой киске. Киске, я знал это по опыту, была достаточно тугой, чтобы оторвать мой член.
Беря за пример, Брук оттолкнулась от душевой кабинки и обхватила ногами мою талию. Она ухватилась за мои плечи, чтобы удержать себя, и прислонилась к стене, сцепив лодыжки за моей спиной. Сжала мою талию между своими мощными бедрами и дьявольски ухмыльнулась.
Я задрожал, представив, как она может воздействовать на мое скользкое мужское мясцо. Я схватил свой член и провел кончиком по впадине ее мягкой, как масло, щели. Когда я обхватил ее задницу свободной рукой, волны удовольствия прокатились по моему члену и по ногам, заставляя их дрожать от сдерживаемого вожделения.
Несмотря на зарождающиеся отношения с Брук, я все еще не мог смириться с тем, что занимаюсь сексом со старшей дочерью Реджи. Такой поворот событий одновременно волновал и ошеломлял меня. Видения Реджи, ворочающегося в своей могиле, преследовали меня в кошмарах, но от Брук невозможно было отвернуться. Она была так же красива, как и умна. Я боялся, что в любой момент могу проснуться и понять, что все это было фантастическим сном.
Брук наклонилась вперед и притянула меня ближе. Она тихо стонала, покусывая мое ухо, и от ее дыхания по моему позвоночнику пробегали острые мурашки. Она пошевелила бедрами, заставляя кончик члена весело скользить по ее скользкой впадинке.
— О, малыш... перестань дразнить меня, — прошептала она мне на ухо, разжигая всплеск похоти, от которого у меня в голове вспыхнула горячая потребность трахнуть ее.
По мере того как я проникал своим членом в ее нежно-розовую щель, мой член то пульсировал, то дергался, а дыхание становилось рваным. Почти без усилий я поднял Брук на несколько дюймов выше, давая своему члену необходимое пространство, чтобы оказаться на одной линии с ее "медовым горшочком".
— Вот так, Дэнни. О, Боже... еби меня и не вырывайся, — сказала она, ее тон был дрожащим, но настоятельным. Она двигала бедрами над моим дергающимся стержнем, разминая его кончик, пока он не погрузился в ее сладкую, влажную киску.
Я застонал, когда адреналин хлынул в мое тело. Твердые соски Брук буравили мою грудь, а ее мягкая бархатистая киска сжимала мой член. Мои ноги перешли от дрожи к откровенной тряске. Я обхватил попку Брук обеими намыленными ладонями и осторожно опустил ее, проникая глубоко в ее теплые глубины, пока ее дыхание наполняло мое ухо.
Пока ее тело содрогалось, пронизанное мясистым тяжелым стержнем моего толстого члена, Брук скользила пальцами по моей шее и выше, сжимая в кулаке мои волосы.
Лучшая мама